Господин следователь. книга шестая

Надо договориться с какой-нибудь газетой — сколько она заплатит за то, что ее репортер встретится с нашим Лосем, а потом напишет об этом в своей газете? Мы же с тобой не хухры-мухры, а писатели. К тому времени, когда «Принцессу Марса» печатать начнут, станем жуть, как популярные. И то, что мы кого-то упомянем — оно денег стоит. У той газеты сразу же продажи подскочат.

— А… — протянул я. — У тебя, как всегда, меркантильные интересы… Рекламу станем давать. Ладно, тогда помимо любовных сцен и диалогов займешься газетой. Прикинешь, с кого денежку содрать. И с Лейкиным надо связаться, чтобы не вздумал другую газету упомянуть. Так что — за тобой любовь и газета.

— Вот, как всегда. Если о деньгах да о любви — сразу Анька. А журналист — ну, меньше двухсот рублей и брать стыдно. Может — триста? Или пятьсот?

— Анна Игнатьевна, не бухти, да и губу не раскатывай раньше времени, — хмыкнул я. — Давай лучше о летательном аппарате думать.

— А чего о нем думать? Мы с вами в таких аппаратах все равно ничего не понимаем. Пусть читатели сами додумают. Им делать нечего — пусть голову и ломают. А за репортера меньше пятисот не возьмем. Меньше — себя не уважать.

— Так, Анна Игнатьевна… Нам просто необходимо придать нашей повести наукообразный вид. Дай мне листок и карандаш, думать буду. Еще я ракету нарисую, которая в космос полетит. Лейкину отправим — пусть художник покрасивше перерисует. И не мешай, закажи лучше кофе.

— А пирожные здесь подают?

— Анька, не отвлекай. Дерни за веревочку, вызови коридорного и спроси. Если в гостинице нет — пусть до какой-нибудь кондитерской сбегает. Но не увлекайся — облопаешься пирожными, опять будет пузо болеть.

— Ваня, а Ольга Николаевна говорит, что приличная барышня на заболевшее пузо кавалеру не должна жаловаться.

— А ты своему кавалеру не жалуйся, а мне можно.

Анна Игнатьевна пошла дергать за шнурок, давать наставления коридорному.

Мы с Анькой и на самом деле ни хрена не знаем и не понимаем в технике. Конечно, я знаю гораздо больше, а что толку? Знаю, видел, но как работает тот или иной механизм, машина, все равно объяснить не смогу. Примерно, как старик Хоттабыч, который создавал для Вольки телефонный аппарат из чистого мрамора.

Так. Ракету я изобразил. Страшненькая получилась, но сойдет. Что я еще знаю? Про ускорение, про невесомость. Но это мы пропустим. Если еще описывать сам полет — получатся сплошные диалоги. Вскользь упомянем, что космолетчики плавали в кабине аппарата.

Сколько длится полет? Скорость я не знаю, расстояние между Землей и Марсом не помню. Да и расстояние будет разным. И мы вращаемся вокруг Солнца, и Марс вращается. Когда наши планеты находятся по разные стороны Солнца, то расстояние… Какое? Ну, очень большое.