Господин следователь. Книга пятая

Лентовский опять посмотрел на часы.

— У меня сейчас заседание суда, — сообщил он. — Но оно ненадолго — часа на два. Думаю, вы как раз все закончите. А как закончите, зайдите ко мне. Да, посмотрите в «Уложении о наказаниях» раздел о мошенничестве. И просьба огромная… Нет, даже не просьба, а приказ — Карандышева, какую бы дичь он не нес, не бить.

— Можно подумать, что я только и делаю, что кого-нибудь бью, — обиженно проворчал я себе под нос.

— Не все время, но очень часто, — хмыкнул Лентовский, поднимаясь из-за стола."

"А я, при выходе из кабинета, только руками развел — спрашивается, где справедливость? И всего-то в стенах здания один раз немного побил Виноградова, так тот первым начал. А вне стен — так оно не считается. И дрался я исключительно по делу.

В своем кабинете я послушно раскрыл «Уложение о наказаниях» и обновил в памяти определение мошенничества.

Ровно в три часа по полудню явился господин Карандышев. Делая вид, что мы с ним незнакомы, а уж тем более о том, что он не получал от меня в репу, доложился:

— Титулярный советник Карандышев. Его Превосходительство мне сообщил, что дело о мошенничестве станете вести именно вы, поэтому жалобу нужно подавать именно вам.

Вот оно как. Дело о мошенничестве. Интересно, кто это обманул титулярного советника? Надеюсь, он не вложил свои деньги в какую-нибудь МММ или «Рога и копыта»? Если так, то плохо. Замучаюсь доказательства собирать.

— Прошу вас, — указал я на стул. Пододвинул Карандышеву лист бумаги, спросил: — Знаете, по какой форме писать жалобу или продиктовать?

— Знаю, — ответил Карандышев, усаживаясь и взяв в руку ручку. — Только подскажите, на чье имя писать жалобу?

— Можете на имя Его Превосходительства председателя окружного суда Лентовского, можете на имя Его высокоблагородия окружного прокурора Книсница, — подсказал я.

— Тогда стану писать на имя Его Превосходительства, — решил чиновник и заскрипел пером.

Писал Карандышев не слишком долго, я даже заскучать не успел. Но когда он протянул мне исписанный лист бумаги, я едва не упал со стула. В жалобе, написанной на имя Лентовского титулярный советник требовал привлечь к уголовной ответственности… окружного прокурора надворного советника Книсница Эмиля Эмильевича, по факту мошенничества.

Это что за хрень? Неужели милейший Эмиль Эмильевич не только крутит роман с супругой Карандышева, так еще и обманул бедного рогоносца? Быть такого не может! Ну что ж… Мое дело принять жалобу, взять первичные объяснения, а там посмотрим — имел ли место обман с целью присвоения имущества или какое-то досадное недоразумение. Все в этой жизни бывает, а открывать уголовное дело без разбирательства глупо.