Господин следователь. Книга девятая

— Раньше-то бы и в голову не зашло выбегать, да козу проверять — орет, так пусть и орет. Надоесть, перестанет. А теперь вот, остерегаюсь. Выскочил во двор, а за забором шушуканье. Думаю — точно, козу красть явились. Я к забору — а за ним два мужика стоят. Вот тут я их и шуганул, а они вниз побежали, к реке. И чего им там делать?

Отец Николай немного смутился. Понятно, как шуганул и что сказал."

"— А незнакомцев не рассмотрели?

Отец диакон только повел плечами:

— Так темно ж было. Фонарей нет, а что при луне увидишь?

Плохо, что не рассмотрел. Но что хорошо, так это то, что свидетель — взрослый человек. А в протоколе допроса не станем пересказывать те слова, которыми отец диакон шугал непрошенных гостей, а напишем нейтрально — мол, спросил — что вы тут делаете?

— А вы, господин следователь, отчего спрашиваете? — с подозрением поинтересовался диакон. Прищурившись, вспомнил: — Это же в ту ночь было, как генерал повесился. Или это не козокрады были, а убийцы? И генерал-то не сам повесился?

Юлить не стал, сильно врать тоже. Неудобно говорить неправду священнослужителю. Ответил обтекаемо, как полагается следователю, еще не сдавшему дело в суд:

— Пока ничего не могу сказать. Уж очень много неясного. Скажу так — если повесили генерала, злодеев отыщем и накажем, а покойного похоронят со всеми почестями.

— А удавился — за оградой церковной, — кивнул диакон.

Я тоже кивнул, но про себя подумал, что имеется и третий вариант — похоронят в ограде, безо всяких почестей. Но это в том случае, если мои мысли найдут подтверждение.

[1] Полохало (диалект) — чучело

[2] В нашей реальности следователь был бы обязан допросить обоих пареньков, а иначе прокурор попросту вернул бы дело на доследование.

Глава 16

Записки о Шерлоке Холмсе

Человек я, разумеется, весьма самостоятельный и независимый. В том смысле, что процессуально независим. Не стану хвастать, что слишком умный, но далеко не дурак, понимаю, что некоторые просьбы поважнее приказа. Посему, просьба государя императора о написании детектива — серьезная вещь.

Расследование преступления пока застопорилось, время у меня есть, бумаги хватает, а в кабинет коллеги не ломятся.

Итак, приступим. Но дальше идеи, что следует украсть «шерлокиану», мои фантазии не идут, поэтому, стану красть.

Кстати, по поводу моральных соображений, что заниматься плагиатом — очень плохо. Спорить не стану, но у меня есть одно очень серьезное оправдание, потому что я сам по себе — один сплошной плагиат. Разве не так? Влез в чужое тело, проник в чужую семью, проживаю чужую жизнь.

Сам я познакомился с романами и рассказами Конан Дойля в давние е времена, когда меня отправляли в деревню, к моему деду со стороны матери — сельскому интеллигенту, как он сам себя величал, а заодно и директору школы на пенсии.