Господин метелей (СИ)

Но ни молитвы, ни фея не защитили меня от странных снов.

Я просыпалась снова и снова, потому что в моих снах Близар испепелял меня взглядом, пока я взбивала перину, и стоило мне отвернуться, как он оказывался рядом и валил меня в пуховые подушки, набрасываясь с поцелуями.

Но постепенно эти жаркие сны сменились другим…

Я снова оказалась в огромном зале со стрельчатыми окнами, и белые призрачные фигуры спускались по лестнице, вытягивая руки. И я внезапно поняла — они не танцевали, нет! Они что-то искали… Пальцы их слепо ощупывали воздух — тонкие, полупрозрачные пальцы…

Проснувшись в очередной раз, я лежала в постели, глядя в потолок. Было темно — еще глухая ночь. Понятно, почему одолевают кошмары. Ночью нечистая сила особенно стремится навредить людям, особенно перед сочельником… Я перевернула подушку — верный способ избавиться от дурных снов, и вдруг увидела нечто призрачное, двигающееся по комнате…

Это была женщина… девушка… Но не Аустерия. Волосы призрачной девушки были уложены в замысловатую прическу и сколоты многочисленными гребнями. Призрак был наряжен по старинной моде — в платье со шлейфом и пышными рукавами, а на груди, запястьях и пальцах красовались многочисленные украшения. Девушка не была такой яркой, как Сияваршан или Фаларис. Наоборот — она походила на дымку, которая может развеяться от легкого дуновения ветра. Но я видела ее необыкновенно четко — начиная от складок ткани на юбке и заканчивая украшениями. Я даже разглядела камею в нее на груди — полуобнаженная женщина держит на руках зайца.

Девушка шла по комнате, ступая осторожно и бесшумно, и шаря перед собой руками. Я пошевелилась, и призрак резко оглянулся на меня. В отличие от одежды, лицо девушки было похоже на туманную маску — черты застыли и виделись нечетко, а вместо глаз были темные провалы. Эта девушка была мёртвой… И теперь она медленно двинулась к кровати, шаря руками, как будто искала… меня.

Я открыла рот, чтобы крикнуть, но не смогла — язык не шевелился, как это бывает во сне.

Призрак подходил все ближе и ближе, а я могла только смотреть, обливаясь холодным потом. Но откуда-то сверху на призрачную девушку напрыгнул белый кот — бесшумно, стремительно. В несколько секунд кот разорвал ее в клочья белого тумана и развеял призрачные лоскуты по комнате. Они поплыли медленно, померкли и исчезли.

Проснувшись утром, я чувствовала себя совершенно разбитой. Но воспоминания о снах померкли, стоило взойти солнцу, и я велела себе не раскисать. В этом доме, похоже, только и ждут, когда я оступлюсь. Поэтому не надо давать колдунам и их слугам-обманщикам оружия против себя.

Раздвинув шторы, я некоторое время разглядывала морозные узоры на окне.