Господин метелей (СИ)

Паутину?!

Призрак принес паутину колдуну и тот вдруг улыбнулся мне — совсем не так, как улыбался раньше. Сейчас его улыбка не была насмешливой, она была ласковой, доброй… Он повел рукой, и паутина вдруг заискрилась сотнями крошечных бриллиантов, превратившись в ожерелье.

Близар взял его у Велюто и подошел ко мне.

— Разрешишь помочь тебе его надеть? — спросил он.

Я повернулась к нему спиной, приподнимая волосы. Все это и вправду было сном. Волшебным сном, который не мог быть реальностью. Близар осторожно надел на меня ожерелье и застегнул замочек. Пальцы его коснулись моей шеи — лаская легко, почти невесомо, но я вздрогнула, и он сразу убрал руку. «Пройдет эта ночь, — подумала я, глядя в зеркало и встречая взгляд колдуна, — и все исчезнет. Это платье, усыпанное бриллиантами, это ожерелье, которое на самом деле — паутина, все пропадет. И принцесса превратится в Замарашку».

— Ожерелье останется ожерельем, — сказал Близар, встречая в зеркале мой взгляд. — Это мой тебе подарок к Сочельнику. Лучше, чем сладости, верно?

— Подарок? — прошептала я, дотрагиваясь до сверкающих камней. — Нет, я не смогу его принять. Это слишком дорого…

— Это пустяки, — ответил Близар и отвел глаза. — Дорого только горячее человеческое сердце, а это всего лишь мертвые камни.

— Ну вот, не мог не испортить вечер своим нытьем! — возмутился Сияваршан. — Лучше помоги девушке надеть шубу, а мы полетели запрягаться!

Это и в самом деле была сказка — королевский дворец в огнях, огромный зал, полный дам и кавалеров в самых причудливых и ярких костюмах. Я была ослеплена светом и блеском, оглушена музыкой, когда перед нами с Близаром распахнули решетчатые двери, украшенные лентами и свежими цветами.

— Не надо, — сказал колдун мажордому, который уже набрал воздуха в грудь, чтобы объявить прибытие нового гостя.

Мажордом закашлялся и промолчал, проводив нас поклоном.

— Нам ведь ни к чему излишнее внимание? — сказал Близар, сразу увлекая меня в толпу.

— Д-да… — прошептала я, потрясенная богатством и великолепием праздника.

Бефана Антонелли потерялась бы, но маска придавала смелости, и я шла под руку с Близаром, и почти не испытывала смущения. К чему смущаться, если все это не могло быть реальностью? Это сказка! Даже Замарашка смогла выдать себя за принцессу!

Вдоль одной из стен стоял длинный стол, заставленный закусками, жареные фазаны и заливные перепелки, серебряные чаши во льду, на которых золотился нежнейший галантин, марципановые и шоколадные конфеты, дольки апельсинов, посыпанные сахарной пудрой, горы мороженного — каждый мог подходить и брать, что душе угодно.

— Что ты хочешь? — спросил Близар. — Фазанов не советую, они тут всегда, как подошва.