Господин моих ночей (Дилогия) (СИ)

Весь следующий день я была под впечатлением от встречи с леди Тэйн, пока отец не огорошил очередной новостью — завтра мне предстоит знакомство с женской половиной семьи Эверашей.

* * *Катион и Мелори — законные супруги Ранглота и Дивена, мои уважаемые старшие родственницы. Высшие леди от кончиков изящных туфелек до инкрустированных драгоценными камнями шпилек в тщательно уложенных замысловатых прическах. Называть их бабушкой и прабабушкой мне и в голову не пришло. Они даже выглядели удивительно молодо. Я бы сказала, неестественно молодо. У каждой, наверняка, имелся личный маг-косметолог.

Ни единой морщинки на идеально гладких фарфоровых лицах, ни одной, даже самой маленькой складочки на лбу или у губ.

Красивые. Безупречно воспитанные. И абсолютно безжизненные."

"Я смотрела через обеденный стол на высокородных дам и отчетливо понимала, что с ними, в отличие от деда и прадеда, никогда не найду общего языка. Да, честно говоря, и не очень хотелось. Хитрец Ранглот и строгий педант Дивен оказались мне намного ближе и понятнее, чем этих насквозь промороженные статуи. Зря я просила Эверашей познакомить нас. Ни тепла, ни радости свидание не принесло — лишь желание поскорее закончить обед и убежать. Под любым предлогом.

О том, где его мать и бабушка, живы ли они и когда мы увидимся, я спросила отца сразу же после встречи с Ранглотом и Дивеном. Признаться, в тот день я очень удивилась, что Эвераши пришли без своих жен. Тогда же и узнала об особенностях взаимоотношений в семьях высших.

Жены алхоров жили в родовых башнях только в первые годы супружества, пока дети были еще маленькие. Потом сыновей отправляли в закрытую школу, а дочерям нанимали воспитательниц и компаньонок. К тому времени действие ритуала, связавшего пару при венчании, ослабевало, и дамы торжественно отбывали в подаренные супругами дома. Как правило, каждая из них к тому времени уже владела имением на юге Лагора, поближе к теплому морю и несколькими особняками, причем один из них — обязательно в столице. Место, где они хотят жить, выбирали сами женщины.

Дома и родовые башни связывали стационарные порталы, но дамы редко ими пользовались. Мужья и дети сами навещали жен и матерей.

— Но… это же ужасно… — помню, как я была тогда ошарашена. — Они, действительно, сами уходят? Бросают детей? Может, мужчины выгоняют их?

Подобное предположение казалось чудовищным, но хоть как-то оправдывало в моих глазах поведение матерей.

— Не выгоняют, — вздохнул Кронерд. — Да, это древний обычай, идущий еще от демонов, однако, если женщина желает остаться в башне рядом с детьми и мужем, никто ей не препятствует. Места достаточно, сама знаешь. Но большинство все-таки переезжает, как только получает такую возможность. Даже магини. Видимо, берут пример с высших.