Господин метелей (СИ)

 — А ну, прекрати пугать малышку! Она под моей защитой.

— Кто ее пугает? — досадливо ответил Фаларис, но кастрюльку опустил и пошаркал в кухню. — А ты бы ей лучше объяснил, что хозяин терпеть не может, когда ему перечат… — голос его становился все тише, а потом из кухни раздался грохот посуды и недовольное ворчание.

— Не обращай внимания, — беззаботно махнул рукой снежный дух, облетая меня, а я поворачивалась за ним, как флюгер на ветру. — Сейчас перемоет котелки-чашки и подобреет. Больше он ни на что не способен, старая развалина.

— Он заколдовал дверную ручку, — возразила я.

— И очень кстати, верно? — Сиваршан бросил на меня хитрый взгляд, но сразу же стал серьезным и сказал с сочувствием: — Лучше не скреби себе на хребетик, котенок. С Близаром шутки плохи, он слов на ветер не бросает.

Было странно и неприятно, что дух повторил слова моей мачехи. Я передернула плечами, но злиться сейчас было неразумно. Злиться стоило на колдуна, а не на его слуг, выполнявших приказы.

— Что же мне теперь делать… господин Шани? — спросила я, молитвенно складывая руки.

Похоже, ему понравилось, как я его назвала, потому что он довольно улыбнулся, подлетел ближе и ущипнул меня за подбородок, и я снова почувствовала только легкий холод, а не пронизывающую стужу.

— Не знаю, зачем Близарчик оставил тебя, — признался он. — Но самое мудрое — это выждать. Думаю, скоро все станет ясно.

— Но я не могу выжидать, — возразила я. — Меня потеряют дома, сегодня я должна была вернуться… Мой отец болен… — пыталась сдержать слезы, но они так и хлынули, и я прикусила губу, чтобы не разреветься.

— Ну, малыш, этим делу не поможешь, — попытался утешить меня Сияваршан. — Давай-ка ты прекратишь тратить попросту слёзки, а я пообещаю, что поговорю с Близаром и постараюсь узнать, что он хочет от тебя.

— Да, спасибо… — прошептала я.

— Вот, дыши глубже, успокойся, — ворковал снежный дух, поглаживая меня по голове.

Я отстранилась, и он засмеялся. А в следующее мгновение в коридор ворвался белоснежный вихрь — это безымянный призрак опять закрутился под потолком, как обезумевшая метель.

— Не видишь, балбес, что крошке грустно? — упрекнул его Сияваршан.

Безумная метель замерла, а потом метнулась мне прямо на грудь, превратившись в белоснежного кролика с мохнатыми повисшими ушами. Я уткнулась лицом в прохладный пушистый бок, пряча слезы, и чувству ладонью, как бьется маленькое сердечко под белым мехом. Кролик ластился так умильно, что я не могла не засмеяться.

— Вот и хорошо! — обрадовался Сияваршан.