Царь горы

— Две унции тщательно высушенной марихуаны.

— Варить тридцать минут.

— Добавить щепотку толченого слоновьего бивня.

— Правого, если не ошибаюсь…

Урбек выразительно посмотрел на приятеля:

— Ты уверен, что масаны притащат нам все ЭТО?

Личный кабинет барона Бруджи был единственной комнатой виллы, в которой иногда открывались окна, — владелец Алого Безумия мог себе позволить не бояться солнечного света. Конечно, не очень долго и не очень часто, но все же. Тяжелые шторы раздвигались, и Александр, бывало, часами просиживал в лучах смертоносного светила, наслаждаясь недоступными остальным масанам ощущениями. И еще он наслаждался чувством превосходства, непередаваемым, упоительным, наслаждался пониманием той пропасти, что отделяет его от подданных. Наслаждался своим величием.

Но сейчас тяжелая ткань закрывала окна, и кабинет освещался электрическими лампами.

— Полотно грядущего изменилось, — негромко проговорила Клаудия. — Густав предпринимает шаги, смысл которых мне пока недоступен. Предсказания потеряли четкость, я не могу точно видеть последствия его действий.

— А общий прогноз? — осведомился барон.

— Пока благоприятный, — ответила девушка. — Наш замысел должен увенчаться успехом, но… расплывчато… я не могу объяснить…

Иногда великая предсказательница не находила слов, чтобы передать масану, пусть даже истинному кардиналу, КАК видит она будущее.

— Меня тревожит появившаяся неопределенность.

— Будем надеяться, что Густав просто мечется, — улыбнулся Александр. — Вполне возможно, он не знает, что предпринять, не принял четкого решения, и его сомнения порождают расплывчатость предсказаний.

— Возможно, — кивнула девушка.

— Дай Луминару время. Загляни в будущее завтра утром.

— Хорошо, отец. — Клаудия помолчала. — Ты не хочешь рассказать…

— Поговорим позже, — предложил барон. — Сейчас сюда придут твои братья.

— Мне уйти? — В ее голосе не было обиды.

— Я обещал им разговор наедине.

Может ли истинный кардинал доверять собственным детям? С одной стороны, опыт Ги Луминара наглядно продемонстрировал опрометчивость подобного подхода: лидера клана «искупали в лучах славы» любимый сынуля и дорогой племянничек. С другой — именно наследники стоят ближе всех к Амулету Крови и не без оснований считают, что у них больше прав на сокровище, чем у кого бы то ни было. Тесные родственные узы не гарантировали детишкам истинного кардинала нужный уровень силы, случалось, что Амулет дотла сжигал незадачливых потомков, но вероятность того, что они сумеют справиться с артефактом, была высокой.