Горсть песка-12

Через несколько минут геройский БК-031 пылает, как Божья свеча.

Родной советский берег- рядом. Никто не осудит — и так моряки сделали больше, чем могли. Но у вражеского берега пытается раком вылезти на сушу не до топленный танк…И Командир — лицо срезано с одной стороны осколком, левый глаз повис на каких-то красных нитках — разворачивает штурвал на врага и отдаёт последний приказ: «Все за борт! ПОЛУНДРА!» В первый раз Команда ослушалась Командира…(«Утомлённое солнце нежно с морем прощалось…»)

(Голос за кадром. По Флотскому своду сигналов высшее одобрение адмирала командиру и команде- «Адмирал выражает удовольствие». И уж совершенно не официально — «Хорошо сделано!»)

Титры: «БК-031! СОВЕТСКИЙ НАРОД ВЫРАЖАЕТ УДОВОЛЬСТВИЕ! ХОРОШО СДЕЛАНО!»)

Четыре часа тридцать восемь минут. Правый берег Буга. Фольварк Семятиче.

Разведывательный батальон 3-ей Танковой дивизии вермахта высаживается с резиновых лодок и понтонов…

Командир батальона, оберст-лейтенант фон Панвиц: «Противник оказывает спорадическое очаговое сопротивление…Вот эти два холма- вроде прикрыты с фронта, а между ними — свободный проход…И не простреливается, судя по всему…Иван ещё долго будет учиться воевать…»

Прекрасные тактики, немецкие зольдатен обходят очаги сопротивления, накапливаются в лощинке и готовы свободно, ничего не опасаясь, двинуться к шоссе…

И в этот момент…слева и справа, во фланг немцам, как кинжалом под рёбра…

ДОТы Смятиче создавались на основе идей Ле-Бурже…Они не имели амбразур со стороны поля — и расстреливали наступающие цепи врага внезапно, с фланга, убийственным косо-прицельным огнём…

Фон Панвиц яростно кричит в микрофон ротной рации — «Прошу вызвать авиацию, прошу поддержать артиллерией…» Выслушивает ответ, и с досадой «Думпелькопф! Они даже не видят, кто нас убивает…»

Спустя десять минут. Старшина Лукашенко: «Ну гэта всё харашо…толька вот гильзы надо усе собрать. Цветной металл потому что. Народное достояние.»

(Мгновенная чёрно-белая вставка. Не прикрытые пехотой, доты оказались беззащитны…Немецкие сапёры подошли со стороны, где не было амбразур, и взорвали их сверху…)

Четыре часа сорок пять минут. Восточная Польша. Аэродром базирования 2-ой Воздушной эскадры люфтваффе.

У взлётной полосы- командующий генерал авиации фон Лерц.

С досадой смотрит на часы…по расчёту времени, уже сейчас основная масса самолётов должна садиться! Но где же они?

Наконец, в ярком синем небе показался одинокий «юнкерс». Машина, шатаясь, оставляя за собой дымный след, коснулась полосы — и скоро замерла, скрипнув тормозами прострелянных колёс…

Фон Лерц, потрясённо: «И ЭТО ВСЁ?! Готт мин унс…»

Четыре часа сорок шесть минут. Штаб 45 дивизии вермахта. Тересполь.