Горсть песка-12

Поздно вечером 23 июня товарищ Сталин спросил меня по ВЧ, как я смотрю на контрудар группы Болдина, предложенный накануне Павловым, — и я высказал сомнение, обратив внимание на «Белостокский мешок», и внес предложение о немедленном отводе войск. К счастью, руководство ко мне прислушалось…»

«А товарищ Павлов, осознавший меру своей вины, сам осудил себя… и не мне его теперь винить…прости его Господь»

«Какое отношение имеет этот вопрос к теме пресс-конференции?»

«Да. Я верую в Бога. Следующий вопрос?»

И Борис Михайлович, всегда носивший на груди ладанку со старинной, 200-летней казачьей иконкой, спокойно и просто сказал: «Господи, Спаси мою Родину и Русский народ!

Ещё вопросы будут? Тогда, господа, по-одному…» (молитва Шапошникова- подлинная, из спецсообщения 3-го Главного Управления НКО, с сопроводительной запиской Мехлиса. С резолюцией красным карандашом: «Если это ему помогает — то пусть молиться и носит что хоч. Кляузников строго наказать. И.Ст.»)

Чётко, в ногу — марширующий строй… в форме Русской Императорской Армии, только без погон… на рукаве- треугольный шеврон, красно-чёрного цвета, углом вниз, с адамовой головой…Знак ударных частей Великой войны!

Не верю! — воскликнет взыскательный читатель…Напрасно. На поистине бездонных складах русского интендантства чего-только отыскать можно…В пятидесятых годах двадцатого века, когда снимали исторический фильм про Шипку и освобождение Болгарии- например, нашли пару тысяч комплектов формы 70-тых годов века девятнадцатого, причём не только русской, а…и турецкой!

А в Гражданскую- вся РККА щеголяла в «богатырках», длиннополых шинелях- пошитых по эскизам Васнецова ещё ДО научного коммунизма… про кожанки комиссарские- форма Бронечастей Русской Армии — я уж не говорю…

Так что уж одеть одну- единственную стрелковую бригаду…было вполне по силам.

И вот теперь добровольцы — крепкие мужики, лет далеко за сорок, прошедшие и Крым и Рим (я знаю- «крым и рым», но эти и Рим тоже прошли..), повоевавшие в Иностранном легионе в проклятых песках Сахары и джунглях Индокитая, в туземных войсках в сельве Парагвая и в добровольческих бригадах в горах Испании…

Они идут. Не спрашивая, куда и зачем. Дело- солдатское…

Только — взмывает над строем белоснежными крылами строевая песня:

Выхватив из колонны седовласого джентльмена самого академического вида — совсем уж за пятьдесят — его мучает вопросами Александр Верт:»

«Скажите, как Вас зовут?»

«Моя фамилия Кисловский… профессор Кисловский…»- стеснительно улыбаясь, отвечает пожилой солдат.

«Вас что — ПРИЗВАЛИ?»

«Да что Вы…я к строевой не годен…я в Бригаду из Московских ополченцев перешёл»

«А Вы по происхождению…»

«Да. Потомственный дворянин.