Горсть песка-12

Саша резко заложил вираж, со снижением…ПР-5 встал на крыло, уходя от гибели…Детишки в задней кабине пронзительно закричали от ужаса…

Но трасса вражеской пушки всё-же зацепила Сашин самолёт…Из-под капота потянулась струя дыма, а потом ноги пилота обдало нестерпимым жаром…

Саша бросил машину в крутое пикирование, сбивая пламя, юркнул в лесную прогалину над извилистой речкой… вот когда пригодился опыт пилота летающей «неотложки»…

К счастью, речка выводила прямо к Березине, а за ней- были уже наши…

Приземлившись за линией окопов, Тарасов выскочил из кабины- и стал передавать подбежавшим бойцам набитых в кабину, как астраханская сельдь в дубовую бочку, закутанных в немыслимое тряпьё детей (из дому-то они спасались ещё летом, поделились деревенские, чем могли…)

Когда он стал сбивать замки с последнего контейнера — из-под капота плеснуло на грудь и руки горящее масло…страшно матерясь от нестерпимой боли, он с мясом выдрал замок и просто выбросил на снег уже угорающих от дыма ребятишек…

…. В 80-десятые годы можно было видеть на лавочке у аэропорта «Быково» безрукого ветерана с изувеченным старыми ожогами лицом. Он с неизбывным интересом наблюдал своими юными, голубыми, как майское небо, глазами, как взлетают и садятся самолёты…

А когда мимо проходившие лётчики отдавали ему честь — он вставал по стойке смирно и гордо приветствовал их кивком головы…

И ещё был он весёлым и смешливым, и ловко держал своими культяшками кружку пива, которую изредка позволял себе с невеликой пенсии…получив увечье, он ведь даже не был военнослужащим! А попросту вольнонаёмным пилотом… Ну вроде, как заснул по пьяному делу в сугробе, и руки отморозил…

Один только раз заплакал старый лётчик- когда в 1985 году поставили памятник Героям без Золотых Звёзд — лётчикам и лётчицам ГВФ, и посадили аллею берёзок — по числу погибших пилотов…. Длинная получилась аллея…Очень длинная.

Надеюсь, в НАШЕЙ версии истории не случится того, что случилось в РЕАЛЬНОСТИ…

Не обанкротится авиапредприятие…не вырубит аллею Героев маленький, жирный, потный, с волосатыми грязными пальцами в золотых перстнях азербайджанец, чтобы построить свой вонючий, как вся его родня до седьмого колена, автосервис…а две тупорылых жертвы пьяного зачатия — Жопеску и Хулияну — не отвезут памятник в люберецкий «Вторчермет»…

Почему тупорылых? Так на вопрос приёмщика, покрытого великолепной росписью, Володи Дзержинского (реального, конкретного пацана): «Где вы, клюквенники, это взяли?!» — честно пояснили, что это был памятник, и русским сукам всё равно, так как они давно уже все подохли…

Бедный, бедный Жопеску…про Хулияну я уже и не говорю…

А снег шёл, шёл, шёл… над стылыми водами Березины, над траншеями, над путаницей проволочных заграждений….