Горсть песка-12

Тихо встать, постараться не разбудить детей, обмундирование — на привычном месте, в привычном порядке развешано на стуле…»тревожный» чемоданчик со сменой белья, опасной бритвой, мылом, помазком, карманным зеркальцем в коленкоровом чехольчике, иголкой с черной ниткой, иголкой с белой ниткой, иголкой с зелёной ниткой, парой запасных пуговиц, бязью для подшивки воротничка, складным ножиком, расчёской, щёткой для обуви, щёткой для одежды, фланелькой, баночкой с ваксой, камешком пасты «Гои» в восковой бумаге (пуговицы и пряжки чистить), зубной щёткой, зубным порошком в картонной круглой коробочке, флаконом одеколона «Шипр» и полотенцем (быстрый взгляд- всё штатно, по единожды заведённому образцу) — в левую руку…

«Фима, ты-то куда?!»

«Как куда, Густа — тревога же!»

«Да забудь ты про эти полковые тревоги, ты ведь уже переведён, с повышением на дивизию…»

«Что ты, что ты, Густа! Я ведь коммунист! А вдруг нашим в полку надо чем помочь? Ну, я пошёл…»

«Да провались ты со своими коммунистами…для них у тебя всегда время есть…только для жены и ребёнка тебя никогда нет дома…»

(Мгновенная чёрно-белая вставка. Застреленный в спину полковой комиссар лежит у порога собственного дома, и в его широко раскрытых глазах навек застыли обида и удивление…)

(Цветное) 23 часа 33 минуты. Грузовой двор вокзала «Брест».

Вот они, кровавосталинскиеопричники! Вершат, не иначе, какое-то страшное злодейство!

У товарного вагона- зловещий «чёрный ворон» — ГаЗ — фургончик, с вполне мирной надписью «Хлеб». В кузове-несколько бойцов из 60-того железнодорожного полка НКВД, с размаху закидывают в вагон брезентовые мешки…Наконец, машина пустеет.

Уже знакомый нам сержант Турсунбаев, утерев пот, подзывает одного из бойцов.

Турсунбаев: «Ну, Сергеев, давай…Полезай в вагон, принимай груз под охрану…»

Сергеев, обиженно: «А почему всегда я? На вагоны лазать- я, груз охранять- опять я…Вы тут с нарушителями сражаться будете, а я? Что я, рыжий?» (Голос за кадром — В темноте не видно, но боец действительно — не только рыжий, но и конопатый…)

Турсунбаев: «А-аттставить разговорчики! Короче, сейчас толкач подгонит вагон к поезду, поедешь на Восток…сдашь там груз…кому-нибудь…Удачи тебе, боец!»

(Черно-белая вставка. В июле 41-го на грузовых путях Белорусского вокзала обнаружился обгорелый, иссеченный пулями и осколками товарный вагон, к которому никого не подпускал почерневший, обросший щетиной, две недели ничего не евший, худющий солдат-нквдэшник…Прибывшие с Лубянки — приняли от него несчитанные миллионы рублей и иные ценности из Госбанка Бреста…Коллизия, по нынешним паскудным временам, малопонятная…)

(Цветное) 23 часа 34 минуты.