Горсть патронов и немного везения

 — Этот, с подбитым глазом, такой же отец ему, как я Брюзжит Бурдо! На пар-р-работают!

То ли запах «Кристиана Диора» баловню судьбы понравился больше перегара, то ли сосиски на голодный желудок хватило, чтобы почувствовать перспективу сытой жизни: он прижался к борту моего дорогого пиджака и заурчал, как кот на трансформаторе.

Я передал его Полищуку, а сам вскочил за руль, и мы рванули по Васильевской еще до того, как скандал перерос в политический митинг.

— А ты уверен, что это не ее животное? — В зеркале заднего вида отражались две довольные физиономии.

— Факт, не ее! — клятвенно заверил Полищук. — Кто же станет животное за бутылку водки продавать? У меня с собой — ни копья, бате зарплату третий месяц не дают, а то можно было и без скандала обойтись. Ее мужик-лоточник купить хотел.

— А с чего ты взял, что это кавалер-кинг?

— Как с чего? Он же сперва чистый был, когда они только пришли. И пятна рыжие на белом фоне, а на голове — ромб. Все как в инструкции. Вот отмоете дома — сами увидите.

В общем, я и так уже понял, что это спаниель. Это обнадеживало.

— Боря! — позвал я и тихонько свистнул. Пес вскинул голову и посмотрел на меня большими черными глазами, полными готовности слопать еще одну сосиску.

Откликается на Борю — это обнадеживало вдвойне. Да, это был кавалер! Правда, неизвестно чей, но ведь чьим-то же кавалером он наверняка был хоть раз в жизни.

— А чей он? — спросил Полишук.

— Так… знакомой одной. Если это он, конечно.

— А если нет? Вы его выбросите?

Лучше бы он не спрашивал! Я на девяносто девять процентов был уверен, что за моей спиной сидит самозванец, готовый признать себя за сосиску хоть английским бульдогом.

— Не выброшу, — пообещал парню, почувствовав в его голосе неподдельную озабоченность судьбой найденыша.

Пес растянулся на сиденье, положив голову на колени Полищука. С каждой минутой он нравился мне все больше, и все больше я находил в нем соответствий описанию: весит килограммов семь-восемь, хвост купирован на треть, голова между ушами почти плоская, ноздри широкие и черные…

Телефонный звонок застал меня на стоянке у светофора.

— Евгений Викторович, — простучал зубами продрогший Вадик Головачев, — вы велели перезвонить… Так что мне делать с этим спаниелем? Купить?..

Я посмотрел на часы. Если бы я и успел на Варшавку, то один из кавалеров наверняка оказался бы лишним, тем более тот был все-таки Лордом и стоил целый полтинник.

— Вадик, — проговорил я нерешительно, выдержав длинную паузу. — Он нашелся. Отбой.

Колю я высадил на Сухаревке, крепко пожав ему руку. То, что он сделал, было поступком — особенно в начале жизненного пути. На Востоке говорят: «Побеждает не сила, но сила духа». Если это так, из этого парня будет толк.

6

Дома нас встретил Шериф.