Черная магия в белый горошек

Разве наши отцы и деды могли выпить текилы? Нет! Не могли! Они и слова-то такого не знали! А мы с тобой знаем и даже выпить можем, потому что жизнь не стоит на месте, она движется вперед. В общем, Питиримыч, я настаиваю на эксперименте.

И ведь знает, что Ананасов терпеть не может свое церковнославянское отчество. Нет, чтобы назвать его как положено, по званию, или уж на худой конец по фамилии. Нет, он непременно норовит обозвать его Питиримычем. Тут хочешь не хочешь, а выпьешь от возмущения. Все, что угодно выпьешь, даже экспериментальный коктейль гудроновского изобретения.

Капитан Ананасов с отвращением вспомнил этот ужасный коктейль, мучительно сморщился и повернулся к местному сотруднику, мелкому вертлявому мужичку, отзывающемуся на сомнительную, такую же вертлявую фамилию Барыгин:

– Где тут у вас потерпевший?

– Вот тут, – проблеял Барыгин, указывая дорогу. – Осторожно, здесь у нас не совсем ровно…

– Развели, понимаешь, овраги на территории! – недовольно протянул капитан, преодолев неровность почвы и героически восстановив равновесие. – Пришли, что ли?

– Так точно, – рапортовал Барыгин, указав на открытую трансформаторную будку. – Вот он!

Ананасов протер глаза и уставился на содержимое будки.

Содержимое представляло собой мертвого мужчину в сильно помятом и запачканном полосатом костюме, слегка седоватого, с крупной родинкой на щеке.

Мужчина находился в таком скверном состоянии, что на Ананасова снова накатил приступ дурноты.

– Ничего не трогали? – строго осведомился детектив, справившись с приступом.

– Как можно! – горячо обиделся Барыгин. – Знаем порядки!

– То-то, – одобрил капитан и приступил к первичному осмотру потерпевшего.

– Висяк, – проговорил подоспевший на помощь коллеге Гудронов. – Чистой воды висяк!

– Не говори мне про воду, – мучительно поморщился Ананасов.

Упоминания о любых жидкостях невольно приводили ему на память недоброй памяти «Текиловый закат».

– Но что висяк – это точно. Ни документов, ни бумаг при нем нет… Правда, имеются особые приметы в виде родинки, но это нам с тобой, Гудронов, мало поможет. Особенно сегодня.

В глубине души Ананасов был уверен, что сегодня ему вообще ничего не поможет, разве что контрольный выстрел из табельного оружия, но он не хотел делиться с другом и коллегой таким пессимистическим предположением.

Коллеги приступили к тщательному осмотру места обнаружения трупа и самого покойного.

Осмотр трансформаторной будки не дал никаких ощутимых результатов, кроме одного, и без того ясного вывода, что размещенное в будке трансформаторное оборудование неисправно и уже очень давно не используется по прямому назначению.