Доллары царя Гороха

Я послушно подставила свою кисть и удивилась. На моей коже помада приобрела оранжевый тон.

– Очень оригинальная вещь, – пустилась в объяснения продавщица, – цвет у всех на губах разный, он зависит от температуры человека и состояния его кожи и меняется в течение дня.

– Да? Я всегда считала, что у людей нормальная температура тридцать шесть и шесть. И потом, десять часов эта помада не продержится! – сомневалась я.

– Это не так. В метро жарко, на улице душно, в магазинах кондиционеры, вот организм и приспосабливается. Да вы на наших девочек гляньте. Мы все с этой помадой, и что? И еще – она суперстойкая!

Я посмотрела вокруг. По залу ходила толпа продавщиц. Меня всегда удивляет, ну к чему хозяева магазинов нанимают столько девушек? Их часто бывает намного больше, чем покупателей, но не об этом сейчас речь. Консультантка фирмы «Баг» оказалась права. Губная помада у всех выглядела по-разному.

Посчитав новинку забавной, я купила ее для Зайки. Себе брать такую не решилась, потому что не люблю неожиданностей. И потом, эта губная помада непредсказуема, ну, допустим, на мне красная кофточка, а краска на губах станет оранжевой, не очень красиво выйдет. Но если Зайка о ней мечтала, то пусть наслаждается.

Оставшееся до встречи с Настей время я провела, шатаясь по огромному залу магазина, перенюхала все пузырьки, перемазала все кремы и ушла совершенно счастливая.

Ровно в восемь я позвонила в дверь квартиры Насти. Она распахнулась мгновенно.

– Настюша! – воскликнула худая, высокая, с виду совсем не старая женщина, – а я уже волноваться начала. Десять пробило, а тебя все нет и нет! Что же ты так задержалась? Ведь рассказывали вчера по телевизору: в нашем районе орудует маньяк! Ужасный, жестокий!

– Как десять? – удивилась я. – На моих часах только две минуты девятого! И потом, извините, но я не Настя, а Даша. Вы, наверное, Людмила Сергеевна?

– Люся, – сердито поправила меня дама, – входите, пожалуйста. Извините, я перепутала, вы с Настей очень похожи, обе худенькие, беленькие, стриженые, а на лестнице темно. Почему две минуты девятого? Уже около половины одиннадцатого. Пойдемте в комнату.

Меня провели в странное многоугольное помещение и посадили за стол. Люся ткнула пальцем в старинные напольные часы.

– Вот, двадцать два часа восемнадцать минут! А Насти нет. Я страшно беспокоюсь! По району ходит маньяк.

Я встала, подошла к часам, прислушалась и улыбнулась.

– Они стоят, наверное, завод кончился! Сейчас только восемь.

Люся всплеснула руками:

– Ой! И правда! Я вспомнила! Настюшка еще утром просила их завести, а я забыла. Целый день белкой в колесе крутилась, Настеньке ужин готовила, а потом глянула на циферблат и испугалась.