Доллары царя Гороха

– Девушка, – весьма недовольно окликнула меня Таня. – Здесь нельзя курить.

– Почему? – искренне удивилась я. – Детей поблизости нет, знака с перечеркнутой сигаретой тоже.

Таня поджала губы, а Олеся мигом отреагировала:

– Ступай отсюда, эта лавочка только для жильцов!

Вообще-то мне не следовало обращать на нахалок никакого внимания. Скамейка во дворе не является частной собственностью, но я не люблю скандалить, даже с неприятными людьми, поэтому спокойно ответила:

– Ну, не совсем я здесь и чужая. Приехала в гости к Людмиле Сергеевне, Настиной маме. А Люся куда-то усвистела, небось в магазин подалась, вот и жду ее.

Таня и Олеся переглянулись, а потом в один голос воскликнули:

– Вы ничего не знаете?

По моей спине побежал холодок.

– Что?

– Люсю увезли в больницу, – сообщила Олеся.

– Когда? – ахнула я. – Что с ней? Инфаркт?

– Уж лучше скончаться, чем такое, – вздохнула Таня, – не в больницу ее поволокли, а в клинику психиатрическую, в дурку. Где-то около полудня, я как раз из химчистки шла, гляжу, Олеся сидит, ну и остановилась поболтать…

Я, не перебивая, слушала ее. Татьяна, очевидно, больше всего на свете любит почесать языком, поэтому, начисто забыв о том, что муж ждет из химчистки брюки, она устроилась возле подружки и принялась самозабвенно сплетничать о других жильцах. И тут к подъезду подкатила «Скорая помощь».

Врачи ушли в дом, а водитель встал возле автомобиля и закурил. Татьяна и Олеся мигом забросали его вопросами. Шофер тоже оказался из породы болтунов и охотно рассказал им все.

Работает он на перевозке психически больных. Клиника, которой принадлежит машина, частная, дорогая, не всякому по карману поместить туда родственника. Сюда он прибыл за пожилой женщиной, у которой болезнь Альцгеймера. Больная не буйная, даже, наоборот, тихая, опасности для окружающих не представляет, но эта болезнь вещь неприятная, человек постепенно теряет память, забывает, как его зовут, где он живет. Вылечить несчастного нельзя…

Дальше водитель договорить не смог, потому что из подъезда вывели Людмилу Сергеевну. За ней шла Настя с чемоданом в руках. Врачи начали усаживать старушку в машину, дочь спокойно наблюдала за процессом. Олеся не выдержала и довольно ехидно осведомилась у Насти:

– Куда же ты Люсю отправляешь?

– Надоело небось со старухой возиться, – тут же влезла в разговор Таня, – оно и правильно, свою жизнь устраивать пора!

Настя сердито глянула на сплетниц.

– Делать вам нечего, за всеми следите! Я в отпуск через пару дней уеду на море. Маме одной не прожить, вот я и пристроила ее временно в клинику неврозов. Хорошее место, за городом, очень дорого. Вы бы, дамы, лучше своими семьями занялись, а не в чужие носы засовывали.

С этими словами она нырнула в машину и уехала.