Гангстер вольного города (СИ)

— Да, конечно, табор может путешествовать, но эти люди не степняки уж точно. Не нужно путать понятия, Кать.

Блондинка чуть надула губки, но затем все же назвала фамилию «президента».

— Барон, если ты прав… Так вот, он заинтересовался тем, что произошло в центре. Зовут его Торин Чоаба.

Я тут же замолк.

Эта фамилия вызвала у меня некоторые ассоциации. Как же, оказывается, схожи наши миры. По крайней мере, людьми, которые жили и в моем времени тоже. Девушка расценила это как «задумчивость». И…

— Вова, а почему ты не любишь цыган? — слетело с её напомаженных губ.

Я повернулся, попытался отыскать на её лице хоть какую-то топорщащуюся жилку, авось, девка думает, но… ничего.

— С чего ты взяла?!

— Ну, на рынке ты устроил стрельбу. У себя в квартире и вовсе убил одного… Это всё из-за степняков, да?!

Вот теперь Монеткина начала меня откровенно раздражать. Её тугоумие не то чтобы меня убивало… Оно высасывало мои мозги через трубочку. Никогда не любил таких девушек — и на тебе! — судьба мне подкидывает подобного компаньона. За… сука… что?!

— Они — не степняки. Повторяю в последний раз! И я никого не убивал, — с расстановкой отчеканил я. — Интересно тебе? Почитай отчёт полиции. Если они всё-таки записали после посещения участка адвоката все мои показания по памяти, то узнаешь много чего нового.

— А есть отчёт? Тебя что, оформляли? — удивилась она. — Я думала просто подержали и отпустили… долго сидел? А что делал, если бы…

— Зайди да посмотри. Знакомые буквы точно найдёшь. — перебил ее я.

Дурында не сразу поняла, что до неё пытаются донести. И потому решила повторить предыдущий вопрос. Закатил глаза и ответил в привычной для себя манере — с чёрным юморком. Уж его-то она должна была понять, да?

Увы, юмор был таким же топорным, как и её извилины.

— Я никак к ним не отношусь.

— А как это — никак?

Я набрал в лёгкие побольше воздуха, ещё раз посмотрел на ножки и лицо Монеткиной и заявил:

— Моисей завещал собрать в ковчег каждой твари по паре. А о цыганах тактично умолчал.

Катя, как я ни надеялся, ничего понять не смогла. А вот водитель, тот самый маг «холодного ветра», взоржал как полковой конь. Ему пришлось даже ударить по тормозам и съехать на обочину.

До котелка Монеткиной шутка по прежнему не добралась.

— А при чем здесь Моисей? — она, растерянно хлопая глазами, вглядывалась в дёргающуюся спину водителя.

— Слышала такое выражение… — протянул я, закрывая глаза. — Нет негров — нет расизма?

— Нет, — призналась Катюша и попыталась засыпать меня ещё большим количеством вопросов.

Я же пообещал себе впредь быть аккуратнее с крылатыми фразами, дабы Катерина своей тупостью не довела меня до припадка.

«Забавно мыслишь, Вова, — заговорил в голове Койот. — В прошлом мире ты также относился к людям?»

«К людям… — пробормотал я.