Тайны уставшего города (сборник)

А нас в тот вечер спасла Оля: она вывела Валю, Валеру, Наташу и меня через маленькую деревянную, скрытую за портьерой дверь в вестибюль гостиницы.

Оля даже не представляла, каких неприятностей мы избежали. Потом мне только оставалось вспоминать свое любимое кафе, «боевых» товарищей и милых девушек, с которыми было так легко и весело.

Я вернулся в Москву тогда, когда милые девушки уже были чьими-то женами, товарищи мои тоже завели семьи, окончили институты.

Я снова оказался в «Национале». Но изменился я, и там изменилось многое. Главное, пришло другое время – за столиками люди начали спорить, критиковать и сомневаться, начали говорить смело и с достоинством.

Но само кафе не изменилось, лишь по вечерам перестала играть музыка. Потанцевать можно было только в воскресенье.

И конечно, посетители стали другие, более молодые.

Закрылась знаменитая «Аврора», вместо нее сделали сначала ресторан «Пекин», а потом «Будапешт». В «Националь» частично переместились московские деловые.

С их приходом разрушилась обстановка келейности. Клуб стал превращаться в обычный ресторан.

Но по-прежнему сидел за угловым столиком старик завсегдатай, философски принимая нахлынувшие перемены.

Мой товарищ Валера Осипов из известного журналиста превратился в молодого писателя – такая раньше была градация в сложном литературном мире.

Он опубликовал в журнале «Юность» маленькую повесть «Неотправленное письмо», которая сразу принесла ему подлинную известность.

И справедливо, потому что Валера Осипов был одаренным человеком и талантливым писателем.

Повесть заметил знаменитый режиссер Михаил Калатозов, чей фильм «Летят журавли» стал событием в культурной жизни страны.

Начались съемки. Главную роль исполняла все та же Татьяна Самойлова.

Вот тогда и начался роман Валеры с Татьяной. Теперь они вместе приходили в «Националь», садились всегда вдвоем, и мы понимали их, здоровались издалека, не желая мешать двум этим молодым, красивым, талантливым людям.

Говорят, что любовь созидает. Нет, это разрушительное чувство, оно ломает судьбы людей.

Этот роман длился несколько лет. Он безжалостно прошагал по их душам, оставив после себя развалины. До самой смерти мой дорогой друг не мог оправиться от этого жестокого чувства.

Возможно, не встреться они на съемочной площадке – и у обоих была бы иная, более счастливая жизнь.

Мой друг всю оставшуюся жизнь вел молчаливый диалог со своей любимой, словно хотел досказать ей что-то.

Даже перед смертью он говорил со мной о ней.

А знаменитый шар над эстрадой продолжал висеть, а потом потускнел. Он уже был не нужен. Только на Новый год в нем, как и прежде, отражался свет разноцветных софитов.

И его сняли.