Наследник для хозяина города

«Сейчас начнет разводить на деньги…» — мелькнула у Нелли мысль, а цыганка словно их подслушала:

— Тебе деньги не приносят счастья. А мне пригодятся. Я хочу отсюда уехать, мать жизни не дает, дар мой в землю закапывает, всех клиентов себе забирает. Не бойся, ты получишь больше, чем мне отдашь. И за душу не бойся, я все на себя возьму. Но это будет дороже. Зато ты спать спокойно будешь…

— Что станет с той, на которую порчу наведешь? — перебила Нелли, нервно сцепляя и расцепляя пальцы, пока цыганка в какой-то грязной плошке резала волос Есении маленькими ножницами.

— То, что ей на роду написано. Короткая у нее жизнь, она слабая и семя мужское удержать долго не может, бесплодная, гость на земле недолгий. Мы лишь немного ускорим процесс.

Они приехали в небольшой подлесок, где могли скрыться от людских глаз. Занимался рассвет, и уже были видны очертания деревьев. Нелли испуганно озиралась, только сейчас сообразив об опасности. Она совсем не знает эту страшную цыганку, та может ее попросту убить.

— Я хочу, чтобы ты уехала как можно быстрее, Лейла. И не вздумай меня шантажировать, я буду все отрицать, а тебе не поздоровится, — пригрозила Нелли и тут же отшатнулась, когда цепкие пальцы цыганки схватили ее запястье.

— Мне не нужны проблемы, я просто должна использовать свой дар, иначе худо мне становится. — Перевернула руку Нелли и впилась в нее глазами, прошлась пальцами по линиям на ладони. — Тяжело ему будет второго ребенка потерять, а ты рядом будь. Бойся мужчины с золотым зубом. Меня больше не увидишь. Даже если будешь искать, не найдешь. Я все сказала!

Кинула мятую черную визитку, молча давая понять, что Нелли должна ее взять. Она, обрадовавшись, что ее наконец отпустила молодая цыганка, взяла в руку визитку и расправила ее, пробегаясь глазами по ряду цифр. Счет, на который нужно будет перевести деньги. Она не представляла, сколько стоит услуга, но вспомнила расценки на странице гадалки, удвоила цену на самую высокую и добавила сверху еще десять тысяч. Это показалось ей достаточным.

Пока она перечисляла деньги, цыганка на небольшой полянке присела на землю и вырыла ямку, бросила туда плошку с фото и вещами Есении. А дальше запахло паленым волосом, потом цыганка взяла браслет Есении, подержала в руках, что-то прошептала, потом достала веревку и стала завязывать на ней узелки, прикрыла глаза и начала приговаривать:

— Уши Есении связываю, завязываю. Глаза Есении закрываю, забиваю. Рот Есении зашиваю, залепляю. Нос Есении закручиваю, затыкаю.

Голос Есении обрываю, зарываю. Руки Есении ломаю, скрепляю. Ноги Есении срубаю, сжигаю. Члены Есении спутываю, запутываю, не развязать, не отвязать. Тело Есении закапываю, замуровываю.