Затерянный город, или Каждому свое

Даже удивлялся: какие могут быть тут вообще неисправности размером в одну седьмую от всех тестовых показателей? Двигатель звенит идеально, маневренность великолепная, ну разве что скорость я старался не форсировать. Да и опробовать потолок полета не порывался. Во избежание, так сказать.

Вот когда (и если!) подзарядится энергетический аккумулятор «Ласточки-VIII», тогда и можно будет полихачить от души, попутно проверяя максимальные возможности летательного аппарата. Но после посадки на площадь, проверяя уровень запаса энергии, так и не заметил его какого-либо уменьшения. Хорошо!

Если платформа, поставленная на иную башню, зарядится по полной, будет еще лучше! Не сейчас, конечно. Летать далеко и высоко сегодня или завтра я не собирался. Следовало за это ограниченное время окончательно решить, куда перемещаться и какие уникальные предметы с собой брать. Но вот в будущем, когда я сюда доставлю специалистов, идеальный транспорт весьма и весьма пригодится. Хочется ведь и на большие города пупсов, упомянутые лесными обитателями, глянуть. Да и к пещерным храмам цивилизации ящеров очень хотелось бы попасть. Чует мое сердечко, что там обязательно иные порталы отыщутся. Разрешение на посещение тех храмов я как-нибудь у разумных тираннозавров выклянчу.

Рассуждал я на эту тему вслух, поднимаясь по центральной лестнице на двенадцатый этаж Музея. Так что Леня ход моих мыслей визировал у себя в сознании и даже пытался подсказывать:

– Не выклянчишь, если не привезешь им доказательства своего пребывания на их прародине.

– Будет день, будет и пища! А уж наплести с три короба, да с твоими подсказками, что два зроака прикончить. – Ворча и снимая шлем, я вошел в зал, заставленный своеобразными комплексами статуй и стенных барельефов: – Что тут у вас? Только не говори, что вы здесь развлекаетесь, повышая свои наклонности к прекрасному.

В самом деле, комплексы скульптурных изваяний в камне попадали в категорию «18+». Неведомые творцы запечатлели все шестьсот девять поз сексуального развлечения, которые, видимо, практиковались в цивилизации пупсов. Начиная от пар и заканчивая квинтетами с женскими и мужскими особями. Но поражало в статуях не само действо и завышенное достоинство органов, а невероятная гибкость и пластичность моделей. Даже не верилось, что пупсы могут вот так изгибаться. Или, может, творцы обожествили или несколько утрировали действительность?

Слава шуйвам, никто из наших «карапузов» особо на скульптуры не пялился, все работали. У каждого имелся в руках деревянный молоточек, которым тщательно простукивали основание каждой из скульптур и делали на них отметки угольками. Даже одноногий Руд, опираясь на удобные костыли, передвигался с места на место, ни на минуту не оставаясь без дела.