Затерянный город, или Каждому свое

Это уже показалось мне не смешным, и я пригрозил мальчишке:

– Помалкивай, малолетка! Мы и без тебя разберемся, что делать. К тому же в моем отряде выполняются только мои команды, всякие личные споры и розыгрыши не в счет.

– Ну и командуй себе на здоровье, – фыркнул Руд, – теми, кто тебе подчиняется! – после чего, вращая куском оторванной медной трубы, демонстративно удалился на противоположный край крыши.

Я же посчитал инцидент исчерпанным и, немного рисуясь, уселся в одно из кресел. По округлившимся глазам остальных спутников стало понятно, насколько они удивились. Леня вообще рукой поводил подо мной, недоумевая от всей души:

– Ты сидишь или… э-э… притворяешься?

– Делать мне больше нечего, как притворяться, – заверил я его и предложил: – Вот здесь второе кресло, присаживайся!

Но, сколько друг ни пытался нащупать нечто, а то и усесться, ничего у него не получилось. И я вспомнил о своей татуировке Наездника на ладони. Те же самые гримасы происходили и на Дне: кто имел татуировки высшего приоритета, видели боевых серпансов сразу и даже могли на них передвигаться. Скорей всего и здесь нечто такое же. И не факт, что данные платформы создали именно пупсы. Вдруг это им подарок от империи Альтру?

Присматриваясь к рычагам и пытаясь понять алгоритмы управления, я вынужден был согласиться с мельтешащим рядом Леонидом:

– Может, ты и прав. Эти платформы могли создать великие гении совсем иной цивилизации, покорившей Большой Космос и создавшей такие искусственные миры, как Пространства Вожделенной Охоты… Но это еще не факт, а так, предположения…

Как мне показалось, сложного в управлении ничего не было. В свое время я много опробовал игровых симуляторов боевой полетной техники, так что некие базисные основы знал. А тут все виделось и того проще, не шло в сравнение со сложными и многочисленными приборами любого, даже самого простенького, истребителя.

Оставалось только понять, что здесь с запасами энергии. В последних записях говорилось о полном исчезновении энергии в городе в момент вселенской катастрофы. А что сейчас? Некие каналы к рычагам просматривались, но что они значили? И насколько насыщены силой? Да и сами штурвалы с креслами чем-то запитывались в здешней системе.

Естественно, что, помня о своих личных проблемах, я первым делом озадачился вопросом: нельзя ли малость хапнуть от найденного бесхозного сокровища? И я добрых четверть часа, попросив меня не отвлекать, только тем и занимался, что пытался перелить чужое в свое собственное.

Как это ни огорчало, ничего полезного не получилось. Только лоб покрылся испариной и стали дрожать руки. Зато по окончании этих попыток я вспомнил о негативном мерцании в городе, убивающем все живое. А потому спешно провел осмотр личного состава.