Город засыпает, просыпается мафия

 — Мы ее вместе снимаем.

— Да, съемная, — с вызовом заявил Антон. — Я не олигарх, чтобы квартиры покупать, но я за нее плачу!

— Вообще-то мы вместе платим, поровну, — напомнила ему Таша, чем, кажется, только сильнее разозлила.

— А тебя, видимо, это не устраивает, и ты ищешь, где бы снять мужика уже с квартирой? В органах их, наверное, за хорошую службу режиму дают? Или на взятки проще и быстрее купить?

— Антон, ты что несешь? — Таша вспыхнула от неловкости и покосилась на Дементьева, пытаясь понять, насколько тот взбешен таким поведением.

Однако сам Дементьев стоял, скрестив руки на груди и с любопытством разглядывая забавное существо перед ним. Лицо его не выражало никакого недовольства, только насмешку.

— Похоже, у вас беда с самооценкой, — сочувственно заметил он, придав лицу более сострадательное выражение. — И давно это с вами?

— А вы мне тут психоанализ не устраивайте! — нагло заявил Антон, с оскорбленным видом проходя сначала в ванную, чтобы помыть руки, а потом на кухню. — И про самооценку не рассказывайте. Вам, конечно, легче рассуждать о самооценке со стволом в кармане и неприкосновенностью.

— Антон, — снова попыталась урезонить его Таша, но ничего не вышло.

— Что «Антон»? Я тридцать лет, как Антон. Пожрать в доме есть? Я устал как собака. Какой смысл в жене, если тебя не встречают с накрытым столом?

— Вообще-то мы с тобой не женаты, — обиженно заявила Таша. Она явно чувствовала себя неудобно перед следователем за эту сцену. — И я не знала, что ты сегодня будешь раньше.

— Конечно, не знала, вот любовника и привела. Вы, кстати, почему все еще здесь? — он зло посмотрел на Дементьева. — Не видите, вам не рады. Или вы собираетесь с моей женщиной спать при мне прямо?

— Боже мой, Таша, можно я его ударю? — хохотнул Дементьев, чувствуя, что начинает раздражаться. Антон обладал поистине ярким талантом бесить людей.

— Правильно, бейте, что уж? Полицейский произвол в этой стране у нас ведь ненаказуем.

— Не надо, — махнула рукой Таша. — Только хуже будет.

— Тогда могу забрать его на пятнадцать суток в КПЗ, — предложил Дементьев. — Хоть отдохнете. А он посидит, подумает, может, поумнеет.

— И за что это вы меня заберете? Не имеете права! — Антон с опаской посмотрел на следователя, и тому показалось, что он испугался.

Антон обиженно заткнулся и спрятался за дверцей холодильника, ища себе пропитание самостоятельно. Таша смотрела на него со смесью обиды, раздражения и презрения. Видимо, она тоже наконец задалась вопросом, зачем тратит время на это недоразумение.

— Лучше увезите меня отсюда, — тихо попросила она Дементьева, беря с полки сумку, а с вешалки — легкую куртку. — Видеть его больше не могу.