Город-мечта

— О-Э-Э-Э-У-У-У!

Красный от крови «пижон», выломав несколько брёвен, вырвался из женского загона. И, почти не потеряв в скорости, устремился к загону мужскому. Не, этого урода надо добивать… Иначе я ни сбежать не смогу, ни до плена живым не дотяну…

Скинув арбалет, я натянул тетиву и наложил болт. А «пижон» как раз успел добраться до соседней ограды. И зачем-то врезался в неё не плечом, а вытянутыми руками — прямо как робот, у которого шарниры в одном положении заело."

"А, вон оно чего… Это из-за того, что у «пижона» в плечах болты торчат. Он вообще уже красного ёжика напоминает… Но ещё держится на ногах.

Я прицелился в «пижона», а Шило прицелился в меня. Мы выстрелили одновременно.

Мой болт ударил «пижона» в затылок. Мне повезло. Чистая случайность: прямо в этот момент бешеный мерзавец двигался строго от меня.

И мне повезло дважды. Болт Шила, оцарапав моё предплечье, воткнулся в землю. Я даже не удержался: поднял в его сторону правую руку с арбалетом, согнул её в локте и демонстративно стукнул левой по сгибу. На, мол, выкуси…

И это было последнее, что видел Шило в этом полушарии… Спустя секунду на его удивлённом лице вырос третий, тёмный, глаз. А содержимое черепной коробки выплеснулось из затылка.

Глянув на это, я резко пригнулся. А затем побыстрее полез в «гроб». Откровенно говоря, мне уже было наплевать, чем этот сраный штурм закончится… Мне просто надо было его переждать.

Дневник Листова И. А.

Сто четырнадцатый день. Мысли перед возрождением.

Я умирал. И скажу честно: умирать — это весьма паскудное ощущение. Я лежал на земле, на боку, и очень старался не шевелиться. «Лечилка» работала в полную силу, но крови из меня натекло как-то чересчур много. Даже не думал, что её во мне столько…

Впрочем, я уже особо ни о чём не думал. Нет, конечно, проскакивали всякие-разные мысли… Например, что рассвет красивый. Что Иваныч, гад, ягод нажрался, а ни с кем не поделился. Что больно смотреть, как добивают могучего Хир-Си. Но это всё так… Мысли, скользившие где-то по краю сознания.

«Смерть — это ещё не конец! Я смогу возродиться! Я открою глаза в своей капсуле! В Алтарном! В лучшем городе этого полушария! Я буду жить!»

Почему-то моё тело во всю эту галиматью не верило. На мозг волнами накатывала паника. А паника — это плохо… Паникуя, я дёргался. А из-за этого десяток болтов, достигших цели — то есть, меня — делал мне очень больно.

Немели пальцы на руках и ногах. Кровь толчками покидала меня при каждом ударе сердца. Я был уже почти мёртв.

«Но это не конец! Не конец! Будет новое тело!»

«А буду ли это я?»

«А кто же ещё⁈»

«Это просто смерть тела! Это не моя смерть! Не-е-е-ет!»

Я снова нервно дёрнулся. И снова застонал от накатившей боли.