Город Эмбер: Люди Искры

 — Представьте себе, как мы все бросаемся на врага! Перед нами никто не устоит! — Его лицо осветила счастливая улыбка.

Тут Дуну наконец все стало ясно: Тик хочет войны. «Мысль о войне возбуждает его, доставляет радость, — подумал Дун. — А я не такой. Мне от подобных мыслей становится не по себе».

В ту ночь Дун вернулся в гостиницу с тяжелым сердцем. Он по–прежнему не знал, что делать послезавтра. В одном сомнений у него не осталось: он не хотел, чтобы им командовал Тик. И решил, что он сам будет командовать собой.

ЧАСТЬ III

Решение

ГЛАВА 24

Что планировал Торрен?

Торрен услышал новости от старого Сола Рамиреса, который в тот вечер пришел к доктору, чтобы она взглянула на его воспалившийся глаз.

— Им приказано уйти, — сообщил Сол доктору Эстер, пока она осматривала его глаз. — Пещерным людям. Они должны послезавтра уйти.

— Быть такого не может! — сказала доктор, опуская ложечку в маленькую стеклянную баночку, наполненную прозрачной жидкостью. — Откинь голову назад, — велела она, и несколько капель с ложечки упали за веко.

— Это правда. Бен велел им уходить.

— Но как они могут уйти? Им же некуда идти.

— Некоторые отказались. Сказали, что будут сражаться. А Бен пригрозил, что пустит в ход оружие, если они не подчинятся.

— Оружие?! — Доктор поставила бутылочку на стол и посмотрела на Сола. — Бен выжил из ума?

— Не знаю, — ответил Сол.

Торрен слышал это, сидя на подоконнике, и даже задрожал от возбуждения. Будет война, прямо здесь, в Искре! И в ход пойдет ужасающее оружие! Его применят против пещерных людей! Он всегда хотел увидеть его в действии. И наконец его мечта сбывалась.

Сол ушел с повязкой на глазу. Доктор села за стол, глядя через окно на закат.

— Как же мы дошли до такой жизни? — спрашивала она, но, похоже, не Торрена.

Торрена испугало выражение ее лица. Он понял, что сам в войне участвовать не хочет, потому что мог пострадать. Оружие, использованное против пещерных людей, случайно могло зацепить и его. Он хотел только увидеть войну, а не сражаться.

— А где будет война? — спросил он доктора.

— Что? — Она посмотрела на него так, будто совсем забыла о его существовании.

— Война, — повторил мальчик. — Послезавтра. Где она будет?

— Ты говоришь глупости, — ответила доктор. — Если война начнется, она будет везде."

"Она медленно поднялась, опершись рукой о стол, и с печальным видом, волоча ноги, ушла в свою комнату, даже не пожелав Торрену спокойной ночи.

Торрен долго не мог уснуть. Он решил, что послезавтра, в день начала войны, встанет раньше всех, оденется, прихватит с собой краюху хлеба, а также нож, на случай, если война затронет и его. А потом пойдет на площадь и залезет на вершину сосны, так высоко, чтобы скрыться в ветвях. И оттуда он сможет все увидеть.