Город Ящерров: Венилакриме

 — Когда всё будет готово, просто скажи в её присутствии, что вы отправляетесь на Переправу.

Помолчали… Лин весьма некстати подумала, что, может, не зря Руанн так презрительно относится к земным людям. Ведь они предают. Для них это легко — разлюбить родного, уйти от самого близкого, самого нужного. Ящерры, благодаря влечению, другие.

— О чём ты думаешь? — ворвался в её мысли настороженный голос Виры.

— Ни о чём, — отмахнулась Лин, и Вире ничего не оставалось, кроме как принять такой ответ. — Давай обсудим детали. Я так понимаю, сегодня вечером мне вколют эту дрянь, и у нас уже не будет возможности поговорить.

Лин подошла к краю стола и прикипела взглядом к проекции. Сейчас, в неярком ночном свете, всё казалось ещё более реальным.

Никто не смел беспокоить женщин до конца вечера. Кажется, даже случайные люди, проходя мимо кабинета, неосознанно приглушали шаги.

Венилакриме слушала и пыталась убедить саму себя, что это не сон. Она действительно возвращается в дом к Руанну, чтобы стать его убийцей. Убийцей человека, лицо которого много лет назад висело на экране над Мыслите. Над городом, которого Лин не помнит, но который мог стать её домом.

Сложись всё иначе, она бы жила в достатке и согласии, с родителями, лица которых видела бы каждый день. Всеми любимая ящеррка.

Они бы жили… долго и счастливо.

В последний момент Лин запаниковала. Когда ей сказали, какую дозу собираются вколоть, она отбросила шприц в сторону и обозвала всех идиотами.

После недолгих переговоров было решено, что Лин вколют лишь треть от приготовленной нормы. Таким образом, она начнёт отходить уже на следующий день.

Всё время, пока игла была под кожей, Лин смотрела на Виру. Женщине чудился укор во взгляде дочери. «Всё, что я делаю, — говорил этот взгляд, — ещё не до конца мной осознано, и ты это знаешь. Если со мной произойдёт что-то плохое — ты, и только ты будешь виновата».

— У вас не более часа, прежде чем сознание начнёт путаться, — отрапортовал доктор. И заткнулся, поймав усталый, ироничный взгляд пациентки.

Лин бы испытала странное удовольствие, узнай, о чём он подумал. А в мыслях доктора было, собственно, то, что эти две женщины удивительно похожи.

— Где произойдёт обмен?

Вира уложила Лин в постель — ту самую, в которой она спала до этого.

Было непривычно засыпать в одном месте, зная, что проснёшься в другом. Лин с приятным удивлением обнаружила, что Вира волнуется. Глаза её казались большими и молодыми, а на дне их плескалось нечто, неподдающееся расшифровке.

Не к месту Лин вспомнила Четвёртую и её историю с Лекс-Ка. Надо было спросить, как она относилась к этому мужчине. Спросить прямо, а не делать глупые предположения. Почему-то сейчас это казалось очень важным.

Где Четвёртая? На станции её нет, Лин проверяла.