Город драконов. Книга вторая

Это был не единственный женский монастырь с подобной судьбой, но только у его настоятельницы хватило смелости не предать беременных сестер гонениям, а принять их, их детей и в целом изменить концепцию данного монастыря, сделав его прибежищем для всех, кого коснулась незавидная участь насилия. Так был основан орден святого Мартина. Один из самых прогрессивных религиозных орденов нашего времени. Монастыри этого ордена больше не возводили в абсолют чистоту, непорочность и невинность – их главным приоритетом стала помощь. Они помогали бездомным детям, если не содержа их в стенах приюта, то хотя бы несколько раз в неделю раздавая горячую еду бесплатно, они принимали женщин, что носили незаконнорожденных под сердцем, они хранили тайны, они позволяли тем, кто оказался практически растоптан, снова встать на ноги.

По правде говоря, за свою жизнь мне не приходилось слышать ничего плохого о данном ордене. Учитывая благоговейные выражения на лицах миссис Макстон и мистера Уоллана – им тоже.

Едва мы вошли в сам монастырь, к сестре Марисе бросилось несколько детей, и я поразилась тому, с какой нежностью и заботой она им отвечала, как невольно касалась каждого из малышей с истинно материнской любовью.

Но дальнейшие расспросы пресекла другая появившаяся монахиня, и дети убежали за ней, бросая на нас любопытные взгляды.

Мы же последовали за сестрой Марисой по винтовой лестнице, направляясь на верхний этаж монастыря. Здесь, среди адского, на мой взгляд, холода, и располагался кабинет матери-настоятельницы. Судя по обстановке – она нечасто в нем бывала.

– Чай? – предложила, указывая нам на кресло и диван монахиня.

Мы отказались, несмотря на то, что теплое питье, несомненно, не помешало бы, но… Я боялась, что любой напиток для меня сейчас будет иметь привкус слез и крови.

Сестра Мариса села за стол, все так же держа спину неестественно прямой, положила руки поверх столешницы, сцепила пальцы и…

– Я боюсь, нас использовали, – сказала она, глядя на свои руки. – Всех нас.

Несколько секунд она молчала, худая, укутанная в черное фигура, в окружении серых стен, на которых не было даже икон, лишь книги на каменных же стеллажах, рукописные книги, и я уже начала подозревать, что в них…

– В Вестернадане плохой климат, – глядя на свои судорожно сжатые пальцы, а не на нас, продолжила сестра Мариса, – человеческие дети много болеют в детстве, выживают не все… Когда леди Арнел обратилась с предложением перевозить детей на материк, моя предшественница восприняла его с радостью.

В этот момент мое сердце пропустило удар. Миссис Макстон и мистер Уоллан проявили куда большую выдержку и продолжили слушать с прежним вниманием.