Город драконов. Книга третья

 – Часть переписки я перехватил, но, зная леди Беллатрикс Стентон-Арнел, более чем убежден – последуют и другие письма, а родственников у профессора Стентона немало, я бы даже сказал – слишком много.

Я молча сделала очередной глоток чая.

Миссис Макстон, задержавшаяся у спуска на чердак, вдруг вспомнила:

– В городе еще две свахи неосвоенные остались!

И все с живейшим ожиданием воззрились на меня.

– Только не драконы! – воскликнула в сердцах."

"Мои домочадцы призадумались – найти «не дракона», который сможет противостоять Стентонам, представлялось весьма непростой задачей, практически невозможной.

– Это Вестернадан, – вдруг произнес вернувшийся мистер Илнер, – здесь должны быть маги, в том числе и маги старой школы. И да, мисс Ваерти, что делать с полицейскими?

Я отвлеклась от печального созерцания неба и удивленно посмотрела на конюха.

– Полицейские, – сообщил он, – стоят в карауле, охраняют дом, близко не подходят, частично даже скрываются. Сделаем вид, что не заметили?

– Ох, ну что вы такое говорите? – возмутилась миссис Макстон. – Совсем же мальчишки еще, стоят на морозе, явно продрогли до костей. Сделаю им чай. Бетси, помогите мне с бутербродами.

Я тоже покинула крышу, прихватив с собой плед и тарелку с остывшими кексами, но не успела дойти до первого этажа, как в дверь постучали.

Открыл мистер Уоллан, открыл и отступил в сторону, предоставляя миссис Макстон обзор на превосходный фарфоровый сервиз, который мы видели в сокровищнице лорда Арнела, и расположен этот фарфор был на том самом подносе, что также приглянулся нашей экономке.

Миссис Макстон несколько мгновений стояла, молча взирая на это своеобразное подношение, ведь кроме нее, никого более не наблюдалось на пороге, затем подошла к сервизу, подняла его и молча перевернула поднос, разбивая находящееся на нем вдребезги.

– Clypeus! – успела выкрикнуть я заклинание щита, защищая домоправительницу от осколков.

Но напрасно, те осыпались вниз по ступеням, компактно оформились в сверкающий шар и укатились по тропинке, ведущей к дому, перепрыгнули калитку и унеслись уже куда-то по склону горы. А миссис Макстон стояла, в ярости взирая на гравировку, выполненную на обратной стороне подноса:

«Не расстраивайся, я знал, что разобьешь. Настоящий фарфор ждет в гостинице «Полет Дракона», в коробке на стойке у портье. Твой Томас Наруа».

Миссис Макстон вышвырнула поднос в снег, развернулась, и уже мистер Уоллан хлопнул дверью. Не сильно, но демонстративно.

И в нашем доме наступила благословенная угрюмая, безрадостная, тягостная тишина.