Город драконов. Книга первая

Между тем меня «не нашли», и оборотни спустились в зал, где Арнел вел светскую беседу с императором Вильгельмом, императрица возглавляла танцующих, а леди лже-Энсан делала вид, что вовсе не замечает знаков, подаваемых ей «отцом». Впрочем… не знаю, возможно, она действительно не замечала, целиком и полностью сосредоточенная на своем нареченном. Прекрасная, хрупкая, как хрустальная статуэтка, блондинка с огромными голубыми глазами, которая перед моим внутренним взором все еще лежала на снегу в белом окровавленном платье, свой собственный взор не сводила с «жениха». И в этом взгляде было все — немое обожание, восхищение, коего она даже не пыталась скрыть, и любовь, которая так же была более чем очевидна.

И я вдруг подумала, а что, если старшая сестра этой незаконнорожденной леди тоже безумно, безоглядно и, будем откровенны, небезосновательно влюбилась в лорда Арнела? И что, если она была посвящена в план отца, едва ли ценящего собственную дочь больше своей третьей супруги, к примеру? Что, если девушка все знала и ее требование о брачной ночи заранее было не капризом, а попыткой спасти любимого?"

"И в этот момент герцог Карио сделал один-единственный, но безмерно знакомый мне жест — «Indrag». Заклинание мгновенного притяжения заставило бы девушку согнуться пополам, если бы не корсет. Леди мгновенно побледнела, но на ней было достаточно макияжа, чтобы бледность осталась очевидна лишь самым наблюдательным, а наблюдала, боюсь, я одна.

И когда несчастная, беззвучно развернувшись, направилась к беседке, увитой бог его ведает как в таком климате прорастающим плющом, единственным, кто отправился за ней следом, был сам Коршун Карио.

Я замерла, нервно кусая губы, посмотрела на Арнела — но тот, по-моему, следил за мной больше, чем за собственной невестой, и оглянулся в ее поисках, лишь, когда я указала рукой. На этот жест откликнулись Давернетти и несколько драконов, которых я видела в полицейском участке, но на приеме они присутствовали в штатском.

А потом это случилось — волна магии, прошедшаяся ледяным ветром по всем присутствующим и оставившая доступной всеобщему взгляду лишь картину мирно беседующих отца и дочь, в то время как я отчетливо видела два недопустимых движения: первое — он схватил ее за шею, блокировав попытку увернуться, второе — пальцы безжалостно прижались к виску девушки, герцог не собирался терять время на допросы, он решил выяснить все максимально быстро и жестко.

Он не учел одного — меня.

— Potest! — прошептала, падая на колени, потому как держаться сил не осталось.

И успешно наведенная иллюзия пошла рябью, а отточенное хищное лицо герцога скривилось от досады, которую он не сумел подавить вовремя.