Горные тропы

 – А давно ты с тем евреем дела ведешь? – неожиданно сменил он тему.

– А как начал свое оружие делать, так и повел, – пожал Елисей плечами. – Мне мастер точного литья нужен был. А ювелиры этим делом лучше всех владеют.

– Ну да. Верно, – подумав, согласился офицер. – И как он? Не подводил?

– С чего бы. Это ж и его доход.

– А барыши как делите?

– Просто. Высчитываем, сколько на материал ушло, сколько его еще закупить надо, ну, подати само собой, а что осталось, пополам. Моя придумка, его работа.

– Говорят, это тоже твоя идея, – уточнил майор, доставая из кармана вечную ручку.

– Моя, – спокойно кивнул парень. – Там еще мясорубка есть. Но это для поваров больше интересно. Еще шкатулка музыкальная. А скоро оптический прибор делать станем. Вроде волшебного фонаря.

– И оружие, и приборы всякие. Не поверишь, – снова удивился майор. – А еще я слышал, ты и прицелы оптические сделал. Так ли?

– Так. Две штуки. На штуцер длинный и на карабин свой.

– И как? Удобно?

– Весьма. Врага видишь, словно в упор. Главное, не путать расстояния.

– Это как?

– Ну, когда просто смотришь, враг далеко. А когда в прицел, то рядом. Вот и тут главное не забыть, что он далеко стоит, и поправки правильные взять.

– Ишь ты, целая наука.

– Наука и есть. Оптика называется.

– И химик, и оптик, и механик. Прям кладезь знаний всяких. Как такое может быть? – в очередной раз задал майор все тот же вопрос.

– А-а, – безнадежно махнул рукой парень. – Знали б вы, как я устал от той неизвестности. Иной раз вроде мелькает что-то, а стоит только начать вспоминать, так сразу голова болеть начинает. Иной раз даже страшно становится. Я даже в церковь ходил.

– И что? – заинтересовался офицер.

– Ничего. Службу отстоял, причастие принял, помолился и домой пошел, – вздохнул Елисей. – Поп трижды святой водой брызгал, да все попусту. Как доктор наш сказывал, в церкви далеко не все болезни лечить можно. А у меня вроде контузии что-то.

– Однако смелый у вас доктор. Неужто не верующий? – тут же отреагировал майор.

– Отчего же. Верующий. Да только он от науки человек и знает много, вот и позволяет себе иной раз говорить такое."

"– Ну да. Наука штука занятная, – хмыкнул майор. – А стрелять тебя кто раньше учил?

– Так батя с дедом. Бабка сказывала, он как из разъезда вернется, я его пистоль заберу и хожу с ним. А мне тот пистоль, как ей длинный штуцер. Едва в руках удерживаю.

– Семью, значит, ты тоже плохо помнишь, – задумчиво протянул майор.

– Бабку лучше всего. Отмолила она меня. Спасла. Одного. Последнего. От всего рода никого больше не осталось. А вот остальных… – Елисей грустно качнул головой. – Знаю, что были. Иногда лица мелькают. А кто именно, не вспомнить. Говорю же, отпели меня. Думали, всё. Со дня на день кончусь.