Горные тропы

Хоть и говорят, что один в поле не воин, но тут, как известно, смотря какой воин и смотря в каком поле. Значит, нужно начинать серьезную подготовку.

Достав лист бумаги, Елисей принялся составлять список того, что ему нужно для долгого выхода. Список получился солидным. Одному все унести было нереально. Отвлекаться на охоту и готовку в этом случае было нельзя. Раз уж решил стать призраком, то это значит не должно быть ни следов, ни крошек. Требовалось еще заказать подходящую обувь и обновить лохматый комбинезон. Старый уже выцвел и выделялся на фоне лесной зелени.

Подумав и прикинув свои возможности, парень решил все дальнейшее время посвятить подготовке. Все остальное пока побоку. Благо патронов и гранат у него было с запасом.

Так и получилось. Со следующего дня Елисей ничем кроме тренировок и подготовки к выходу не занимался. Попросив Марью насушить ему сухарей и навялить мяса, он занялся амуницией. Содрав с комбинезона все выцветшие ленточки, он распорол по шву старый мешок и, нарвав свежей травы, принялся красить ткань. У сапожника парень заказал пару поршней, которые можно было надевать прямо на сапоги.

На подошву он попросил пустить самую толстую кожу, которую только сапожник сможет найти в своих запасах. Такая обувь помогала скрыть следы. Трава под ней не ломалась, а пригибалась к земле, что помогало скрывать следы. Попутно, занимаясь всем этим, он попросил Марью собрать несколько травок, которые отбивали у собак нюх. Горцы обычно собак не держат, а вот у охотников толковые псы могут найтись. Так что эту возможность Елисей исключать не спешил.

Так продолжалось полторы недели. Наконец, пройдясь по списку, Елисей убедился, что собрал все необходимое, и, вздохнув, начал укладывать все в вещмешок и переметные сумы. Выяснилось, что без коня все-таки не обойтись. Так что уходить из крепости придется с применением какой-нибудь хитрости. Припомнив, что казаки регулярно отправляются в патрули и разъезды, Елисей усмехнулся и отправился в комендатуру, где и формировались эти самые патрули.

Узнав, когда и откуда утром уйдет очередной разъезд, парень вернулся домой и закончил сборы. За ужином, сообщив женщинам, что с рассветом уйдет, Елисей переждал залп мрачно-обиженных взглядов и пожал плечами:

– Сами знаете, иного выхода нет. Или я их, или они меня.

– Собрался, значит, – вздохнула бабка и, поднявшись, прошла на свою половину.

Спустя несколько минут она вернулась и, положив на стол изящную шкатулку размером с коробку из-под шоколадных конфет, пояснила:

– Вот, собрала тут тебе. Ежели зацепит, будет и кровь чем унять, и рану перевязать.

– Благодарствую, бабушка Радмила, – склонил парень голову.

Утром, едва рассвело, Елисей уже был у ворот, дожидаясь разъезда.