Горничная с секретом

Лорд сглотнул и продолжил.

- Но я хочу, чтобы ты знала: я не отдам тебя ему. Никогда.

Внутри будто что-то оборвалось.

Вот казалось бы. это всего лишь слова, а у меня ощущение, по крайней мере, словно мне над головой топор занесли и помиловали в самый последний момент.

Приложив пальцы к вискам, я помотала головой.

- Спасибо, конечно. Это приятно слышать, но.

- Но?

Я вздохнула и сжала пальцы в кулаки так, что побелели костяшки.

- Нам его не одолеть, Эйнар. Мы не сможем скрываться всю жизнь. Не знаю, осознаёт ли он себя, помнит ли свою бытность Сен-Луром. Пока он лишь пытается пробиться к мистик. Ко мне то есть. А что станет, если он начнёт убивать, как когда-то? Что ни говори, это всего лишь вопрос времени - когда мне придётся выйти к нему.

Ответить Эйнар не успел.

Тени на стенах вдруг пришли в движение.

Глава 55

Быстрота реакции зеленоглазого, особенного после наших поцелуев, стала превышать все разумные пределы. Я сообразить толком ничего не успела, как тут же оказалась за широкой спиной.

Бесшумно движущиеся тени на стенах принимали форму силуэтов!

Высокие, плечистые, они двигались быстро и потрясающе тихо, покачиваясь на длинных змеиных хвостах!

Спустя несколько мгновений нас со всех сторон окружили полулюди-полузмеи.

Наги!

Их было так много, что непонятно становилось, где же они скрывались до самого последнего момента, чтобы так эффектно появиться!"

"При взглядах на меня резкие, даже грубоватые восточные черты озаряли нежные, робкие улыбки. Их были полчища - воинов в сверкающих доспехах, вооружённых магическими артефактами, от силы которых у меня пошла кругом голова, воинов, которые горделиво и статно покачивались на своих мощных, покрытых разноцветной чешуёй, хвостах... и каждый из них смотрел на меня с восторгом малыша, которому подарили толстенького лопоухого щенка. Вот ни больше, ни меньше!

При взглядах на зеленоглазого лорда лица нагов, наоборот, застывали каменными масками. Боевые артефакты в их руках искрили, вспыхивая сами собой. Не знаю, чем могла бы обернуться столь явно демонстрируемая неприязнь, как наги вдруг расступились, пропуская к нам дядюшку со встревоженной Маланкой. Я успела отметить, что спина дядюшки вроде как ещё больше распрямилась и он. помолодел? Что до Маланки, лесная ведунья точно сбросила за последнюю седмицу пару десятков кругов.

Вперёд выдвинулся наг с чёрными волосами и грубоватыми, отдалённо знакомыми чертами. С замиранием сердца я вдруг поняла, что он напоминает мне моего отца, Ланкеша.

Склонившись в почтительном поклоне передо мной, затем - перед дядюшкой с Маланкой и подчёркнуто игнорируя Эйнара, отчего на скулах зеленоглазого желваки заплясали танец ярости, наг заговорил.

- Меня нарекли героическим именем Ланкеш. Имя моего отца - Шукпа.