Горничная на двоих

Но не могу и с места сдвинуться, смотрю, как он всё приближается, на лице, неверие, недоумение.

— Скажи что-нибудь, — тихо так попросил.

Встал так близко, что я слышала стук его сердца, чувствовала жар его тела, рванное дыхание. Смотрит на меня своими тёмными омутами, перед глазами как киноплёнка — все те мгновения, что были между нами.

Всхлип, и по щекам потекла одинокая слеза.

— Детка, — поднёс руку к лицу и вытер влажную дорожку, оставляя горячий след от руки. — Это правда ты? — убрал прядь волос, что выбилась из причёски, за ухо.

— Не могу поверить, — положил руку на мой затылок, зарылся носом в мои волосы и шумно вдохнул. — Ты не представляешь, как я соскучился.

И тут меня передёрнуло, в голове щёлкнуло. Оттолкнула что есть силы, посмотрела в глаза.

— Скучал?! — крикнула я. — Тогда... тогда...

Что, Рита? Они тебе что-то обещали? Признавались в любви? Или сказали, что навестят тебя? Или что?..

Я развернулась и выбежала из кабинета, стыдясь своего поведения. Чуть истерику не устроила на пустом месте. Я ведь сама жутко по ним скучала, мечтала о нашей встрече. И ведь даже не злилась на них, а тут его слова разозлили. Не скрою, я ждала каждый божий день, ждала, что они приедут, обнимут, зацелуют так, как только они могут. Но я понимала, что этого не случится, что те ночи останутся приятным воспоминанием для всех нас.

— Рита, детка, — послышался голос Егора по ту сторону двери туалета, где я скрылась. — Открой, пожалуйста, и мы поговорим, — с мольбой в голосе попросил он.

Посмотрела в зеркало, оттуда на меня смотрела не та Рита, что сидела на пляже в длинном летнем платье и с распущенными волосами, и которая смущалась, краснела и позволяла всем ездить на себе. Из зеркала смотрела девушка с собранными волосами, в белой блузке и в тёмно-синих классических брюках. Аккуратные ногти накрашены нежным цветом, чуть макияжа на лицо (на котором настаивала Лиля) и перламутровая помада на губах. И эта девушка выглядит уверенной в себе.

Подошла к двери и открыла, Егор отпрянул от неожиданности, но быстро пришёл в себя, сделал шаг и дверь за ним захлопнулась.

— Детка, — пауза, он хмурится, подбирая слова.

— Прости. — Он поднял взгляд на меня. — Я не должна была так себя вести, это просто нервы, — сдержанно сказала я, смотря на светло-серую стену.

— Боже, детка, тебе незачем просить прощения, я догадываюсь, что творилось в твоей голове всё это время. Я всё объясню. — Он взял мои руки в свои холодные ладони, и я вздрогнула, по телу прошёл ток."

"— Вы поженились? — с улыбкой спросила я, заметив обручальное кольцо на том месте, где татуировка.

Он тяжело вздохнул и опустил голову, я поняла, что что-то не так по его вмиг изменившемуся лицу.

— Егор?

— Пойдём, — потянул к выходу из туалета, так и не выпустив мою руку.

— Куда?

36.