Горничная для тирана

Кажется, с каждым новым шагом по ступенькам мои щеки становятся еще краснее. Прошло меньше часа с момента, как Демьян Ростиславович покинул мою комнату, а тело до сих пор не слушается. Сердце колотится, и трепещет все внутри, дыхание до сих пор рвётся, и сладко сводит низ живота. Ощущение прикосновений его умелых пальцев не покидает даже после душа."

"Я понимала, что это когда-то произойдет, мужчина четко дал мне понять, чего хочет за защиту, но не думала, что так скоро и так обезоруживающе. Он застал меня врасплох, а самое страшное, что мне понравилось. Стыдно признаться в этом даже самой себе. Стоило ему прикоснуться, приласкать - и я поплыла. И я уже смотрю на этого мужчину другими глазами. Понимаю, что это не любовь, но меня никто и никогда так не касался, не говорил, насколько я прекрасна, не любовался мной.

Чувствую себя похотливой бродячей кошкой, которая выгибалась и мурчала от ласк хозяина.

Ой, мамочки…

Замедляю шаг, вспоминая, что запиралась на ночь. Как он попал в мою комнату? Я же запиралась? Или нет... Ничего не соображаю. Голова кругом. Внутри меня столько эмоций. И сладко, и страшно, и стыдно.

Подхожу к столовой и замираю. Там Марк и Василиса. Вася наливает парню кофе.

– Я серьезно, представляешь, там трахаются прямо на сцене, под драйвовую музыку, и это называется шоу, – усмехаясь, рассказывает Васе Марк. Для меня большое удивление. Они так просто общаются. Мною Марк всегда пренебрегал и смотрел свысока.

– Фу, зачем ты мне это рассказываешь? – возмущается Вася.

– Да нет, там атмосферно, эстетично, эротично, проникаешься энергетикой секса и... Хочешь в следующий раз вместе сходим? Если тебя, конечно, Андрей отпустит.

– Ну, во-первых, я никогда не пойду в этот бордель, тем более в твоей компании. А во-вторых, Андрей мне никто, чтобы что-то запрещать, – Васька вздергивает подбородок.

– Ой, ой, ой, какие мы. Ну да, ну да. Андрей в курсе, что он никто? – смеётся Марк.

– Так ты что будешь: омлет или блинчики с мясом? – переводит тему Василиса.

– А можно и то и другое? Жутко голодный после...

Разворачиваюсь, чтобы уйти.

Ну не смогу я сесть за один стол с Марком. А потом, мне кажется, что у меня на лице написано все, что делал со мной Демьян Ростиславович. Лицо уже горит от стыда.

– Стой! – врезаюсь в коридоре в сильное тело мужчины. Он ловит меня за талию, сжимает и не отпускает. Его запах врывается в легкие, и голова снова кружится. Он словно вкачал в меня наркотик, который никак не отпускает. Замираю. – Что случилось? – выгибает бровь.

– Ничего. Я не голодна, – снова пытаюсь сбежать, хотя понимаю, что это невозможно. Только раньше я боялась этого мужчину, а теперь еще и стыжусь. Не знаю, как преодолеть детскую стеснительность и неловкость. В его глазах я, наверное, веду себя как ребенок.

– Ты совсем не умеешь лгать.