Горничная для тирана

– Что? Побегать за тобой, в ресторан свозить, миллион алых роз подарить? – цинично ухмыляется.

– Я хочу любви.

– Чего? – скептически сводит брови.

– Я хочу, чтобы вы искренне меня полюбили. Меня никто не любил.

– Это невозможно.

– Понимаю, – вздыхаю.

На самом деле я боюсь его любви. Боюсь, но специально прошу то, чего мне он не может дать.

– Поэтому отпустите меня. Уверена, много девушек с радостью согласятся на ваше предложение.

Вздрагиваю, когда мужчина хватает меня за подбородок и тянет к себе. Снова очень близко. Недопустимо близко. Нарушая мое личное пространство.

– Тебе же нравится, когда я к тебе прикасаюсь, – не спрашивает - утверждает. Его голос меняется на низкий, бархатный. – И дрожишь ты не только от страха, – другой рукой подхватывает меня за талию. – Твое тело отзывается на мои касания. Зачем сопротивляться? Отдайся мне, тебе понравится, – прикасается губами к моему виску и глубоко вдыхает, одновременно сжимая мою талию сильнее. – Отставь свои комплексы и предрассудки. Ты очень красивая, манящая девочка. Не будешь сопротивляться – я не обижу. Доверься мне, и твоя жизнь сразу станет проще и светлее. Все заботы я возьму на себя, я сам решу, что для тебя хорошо, что плохо. А ты будешь просто моей красивой, послушной девочкой, – его голос срывается на хрип, а мое дыхание начинает рваться.

– То есть куклой?

Мужчина молчит, еще раз глубоко вдыхая запах моих волос.

– Скажи «да», Дарина. Любовь эфемерна, это просто слово в воздух, я же дам тебе гораздо больше.

Ловлю себя на том, что хочется сказать «да». Я даже приоткрываю губы, чтобы безвольной на все согласиться. Этот мужчина, как алкоголь, как наркотик, как эйфория, пленит меня, забирая волю. Но..."

"– Нет, – сгладываю, упираюсь руками в его сильную грудь, пытаясь оттолкнуть. – Отпустите, вы ошибаетесь, я не хочу вас, вы меня не привлекаете, мне противно! – безбожного лгу от отчаянья, чувствуя, как подступают слезы.

На самом деле он тысячу раз прав. Я хочу. Но мне страшно. Я хочу, но разум вопит: беги. Не хочу быть куклой, в которую поиграют и бросят. Я сломаюсь, и никто не починит. Этот мужчина не умеет любить в нормальном понимании этого слова, он только покупает. Не осуждаю, каждый живет как хочет, а я так не хочу.

Он отпускает меня. Пауза, прикрываю глаза, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

– Ненавижу, когда лгут! – произносит ледяным тоном. – Но самое отвратительное, когда лгут себе. Такие люди никогда не позволят себе жить полноценно.

Не понимаю, о чем он. В моей голове полный хаус из бессвязных мыслей. Во мне столько эмоций, что хочется закричать. Страх, стыд, паника, трепет.

Щелчок.

– Свободна! – звучит как приговор.

Дергаю ручку двери, вылетая на улицу. Почти бегу, спотыкаясь, постоянно оглядываясь. Но за мной никто не едет.