Горничная для тирана

На дворе лето. Ночи уже теплые, но мне холодно в этом помещении, здесь свой климат, мороз по коже.

Никто не приходит. Я теряю счет времени. Кажется, я заперта здесь уже целую вечность. Хожу по кабинету из угла в угол, растирая плечи. Меня начинает трясти от паники. Я уволюсь, уйду, даже денег не нужно. Все, что перевели мне на карту, тоже отдам, ничего не нужно. Я не могу работать в доме, где мучают людей. Это ненормально. Так не бывает в жизни.

Боже, пусть происходящее будет страшным сном, кошмаром.

Сажусь на холодный диван, натуральная кожа скрипит. И этот скрип меня тоже пугает. Дышу глубже, пытаясь взять себя в руки. Так хочется домой, к маме. Я найду другую работу, две работы, три, пусть не такие оплачиваемые, как здесь. Плевать.

Мысленно я уже собираю вещи и думаю о том, как мне ночью добраться до города.

Сглатываю, когда раздается щелчок замка. Дверь распахивается, и в кабинет входит Демьян Ростиславович. Он не запирает за собой дверь - все правильно, бежать отсюда бесполезно.

Мужчина молча проходит к шкафу, нажимает на один из ящиков, и он с лёгкостью выдвигается. Это бар. Хозяин берет бутылку с янтарной жидкостью и наливает немного алкоголя в стакан. Он не смотрит на меня, проходит мимо и садится в кресло за стол."

"И если я думала, что моя паника достигла пика, когда смотрела, на то, как стреляют в человека, то я ошибалась. Именно сейчас мое сердце заходится в аритмии, а по спине бежит холод. В какой-то истерике соскакиваю с места и делаю пару шагов к столу.

– Я случайно там оказалась, я не хотела... Я просто... – снова оправдываюсь, сама не понимаю за что.

– Тихо! – обрывает мужчина, поднимая на меня свои невыносимо чёрные глаза. – Я спрашиваю – ты отвечаешь, – голос спокойный, но настолько глубокий и холодный, что я тут же прикусываю язык и отступаю. – Сядь! – в голосе приказ.

Сажусь назад на диван, обнимая себя руками. Опускаю взгляд на свои колени. Очень странное ощущение. Помимо страха, парадоксально ощущаю чувство вины. Я ничего не совершила, но этот мужчина заставляет меня чувствовать себя ничтожеством. Хочется сбежать, скрыться и больше никогда не ощущать на себе его тёмный, пронзительный взгляд.

Тишина. Пару минут мужчина ничего не говорит, но я физически чувствую, что смотрит на меня. Веду плечами, пытаясь избавиться от его тяжелого взгляда. Не помогает, мне все равно тяжело. Не могу смахнуть с себя эту тяжесть. Только он решает, когда отпустить.

– Как ты оказалась за конюшней? – наконец спрашивает мужчина.

– Савелий позвал посмотреть лошадей, – стараюсь говорить спокойно. Сейчас я все объясню и поеду домой.

– Савелий... – выдыхает мужчина. – Между вами что-то есть?

– Нет, просто...

– Просто... – повторяет мужчина. – И? Дальше.

– Мы дошли до конюшни, Савелия срочно вызвали, он ушел.

– А ты осталась.