Горький ветер свободы

Снова все тот же сочувственный взгляд, за который хотелось чем-нибудь в него кинуть.

– Если хотите, я могу вам показать, – вздохнув, предложил Фредиэно.

Я колебалась. Не хотелось опускаться до проверок. Хотелось дождаться, когда Данте сам расскажет мне обо всем. А что, если не расскажет? Если бы это касалось любой другой темы – возможно, даже моей жизни, – я бы отказалась проверять. Но неизвестность в данном конкретном вопросе уже сейчас словно разрывала мои внутренности на куски.

– Идемте.

Я вышла в коридор и, не глядя по сторонам, зашагала в сторону кабинета Данте. Идти было недалеко. Если бы Данте оказался на месте, у меня появилась бы возможность сразу получить и информацию, и объяснения. Но Данте в тот момент в армоне не было.

Оказавшись в кабинете, Фредиэно прошел к столу – не к тому, за которым обычно работал Данте, а ко второму, стоявшему у стены и покрытому стопками бумаг. Только сейчас, помимо бумаг, здесь лежала и книга. Фредиэно протянул ее мне.

Я воспроизвела в памяти принесенный им том. Действительно похожа. Но это еще не гарантия…

– Откройте. – Он кивнул на книгу. – Видите? Там загнута страница."

"И я открыла. В текст не вчитывалась, но по отдельным его фрагментам нетрудно было понять, что речь идет именно о том способе избавиться от клейма, о котором только что рассказал Фредиэно. Однако главным здесь был не текст. Сказать по правде, я очень быстро перестала обращать на него внимание. Более того, стоило попробовать сосредоточиться на словах, как они расплывались у меня перед глазами. Потому что гораздо важнее были заметки на полях. Ничего особенного – стандартные краткие записи о том, что важно, что несущественно, откуда докуда читать. Но почерк. Было очевидно, что эти заметки сделаны рукой Данте. Значит, он действительно читал. Действительно знает. Но ничего не сказал мне. Почему?

– Его все устраивает, как есть, Сандра. – Фредиэно словно прочитал мои мысли. Но это было и нетрудно: предполагаю, что все мои эмоции были написаны в тот момент у меня на лице. – Вы не должны думать о нем слишком плохо. Вы много значите для дона Данте, это я могу вам сказать с уверенностью – а я, поверьте, немало повидал в этой жизни. Он очень хорошо к вам относится. Может быть, даже любит. Но женитьба… Видите ли, Сандра, женитьба – это вообще сложный шаг для любого мужчины, – виновато улыбнулся он. – А ваш брак с доном Данте – это, кроме всего прочего, мезальянс. И даже не из-за этого, – он указал взглядом на мое клеймо. – Это, как вы понимаете, после свадьбы исчезнет. Но даже тот факт, что вы северянка, вызовет толки, пересуды и общественное неодобрение. А вы к тому же, насколько я понимаю, не принадлежите к северной аристократии.