Горький ветер свободы

Не полноводная река, конечно, но ярдов пятнадцать вширь, наверное, будет.

Глаза Данте от этого зрелища округлились, и он выругался несколько громче, чем во время нашей «увеселительной прогулки» по лесу. Посмотрел назад, на возвышавшийся за спиной лесистый холм. Потом вперед, на негостеприимно бегущую мимо воду. Видимо, решил, что преодолеть это препятствие будет все же легче, чем возвращаться назад прежней дорогой. И принялся стягивать с себя камзол.

– Перейдем на ту сторону, – решительно заявил он. – Точнее, я перенесу тебя на руках. Не возражай, – добавил он, поняв по моему лицу, что я собираюсь сделать именно это. – Я сам втянул тебя в эту авантюру, так что мне и расхлебывать.

– Хорошо бы не в буквальном смысле, – заметила я.

– В буквальном смысле не придется. Черт бы побрал эти обильные дожди, на которые мы все так не могли нарадоваться! Но все равно здесь неглубоко. Так что я перенесу тебя на ту сторону, и ты не промокнешь. Подержишь?

Он протянул мне камзол. Я взяла. Подняв меня на руки, Данте шагнул в воду.

Поначалу казалось, что мы действительно отделаемся сравнительно легко. Все-таки Данте был в сапогах для верховой езды, и они не промокали. Но вот беда: любые сапоги промокают, если вода затекает сверху в голенище. А ее уровень быстро стал для этого достаточно высоким. Данте, конечно, не жаловался, но я все видела и сама.

Вскоре стало еще глубже. Вода дошла ему до пояса. Данте перехватил меня, поднимая повыше. Однако еще пара шагов – и стало очевидно, что это не поможет. В итоге мы оба как следует вымокли, прежде чем выбрались на противоположный берег.

Отряхнувшись и, насколько возможно, отжав юбку, я огляделась. До армона действительно оставалось всего ничего. Тем временем в очередной раз дунул ветерок – казалось бы, легкий, но я все равно поежилась от холода и обхватила себя руками за плечи.

– Ну как, ты все еще собираешься залезть к Эльноре в окно? – осведомилась я. – Не знаю, покоришь ли ты ее в таком виде, но ошеломишь так точно!

– Какое окно, какая Эльнора? – Данте произнес эти слова на удивление пренебрежительно. – Нам надо срочно оказаться в тепле и переодеть тебя в сухую одежду, чтобы ты не простудилась! Надевай! – Он снова вручил мне свой камзол, который я благополучно сохранила сухим, держа в вытянутых кверху руках, и успела всего минутой ранее возвратить владельцу. Убедившись в том, что я послушалась, он продолжил излагать свой новый план: – Добираемся до ограды и идем вдоль нее. Надеюсь, что здесь отыщется какой-нибудь боковой вход.

Боковой вход не отыскался. Мы шли и шли, а ограда все тянулась и тянулась. Ни ворот, ни самой крохотной калитки, ни людей, у которых можно было бы спросить, далеко ли ближайший вход.