Эта горькая сладкая месть

Я испугалась.

– Боже, она сейчас искусает ребенка!

– Никогда, – твердо сообщила бабушка, – Рекс абсолютно безобиден. Видите, держит за маечку.

В этот самый момент кобель разинул пасть, и младенец с громким стуком плюхнулся на пол, но не заревел.

Очевидно, подобный способ передвижения был ему не в новинку. Собаки, шумно вздохнув, легли на пол, полностью закрыв свободное пространство.

– Сегодня не так жарко, как вчера, – констатировала Антонина Максимовна, – пойдемте чайку глотнем. Знаете, любому гостю рада. Сижу целыми днями одна с детьми, поговорить не с кем.

Переступив через собак, мы двинулись в кухню. Там обнаружился мальчик, самозабвенно выковыривающий из кастрюльки куски холодной каши. На столе теснились грязные тарелки с недоеденной картошкой и чашки с недопитым чаем.

Хозяйка сгребла остатки на одно блюдо, поставила его у мойки и крикнула:

– Чанг, Рекс!

Собачищи пригалопировали на зов и, отталкивая друг друга задами, принялись жрать картошку. Откуда ни возьмись появилась беременная кошка и плюхнулась на стол прямо передо мной.

– Тяжело, наверное, с таким хозяйством в маленькой квартире, – посочувствовала я.

– Ой, – махнула рукой Рогова, – одуреть можно. Ведь две комнаты всего.

– Зачем же столько детей?

– И я так думаю, только зять верующий, аборты делать не разрешил.

Да, судя по количеству отпрысков, зятек не очень соблюдает посты.

– Вам бы площадь побольше…

– Конечно, знаете, даже начала обмен искать. И квартиру смотреть ходила чудесную. Целых четыре комнаты в тихом районе, а проживает в них только одна женщина. Да не сговорились.

– Что так?

– Денег у нас нет. Зато у зятя дом в деревне шикарный – два этажа. Правда, продать не можем, там бабка прописана. Думали найти приличных людей, оформить на них дарственную и поменяться квартирами. Бабка на ладан дышит, не сегодня-завтра помрет, выгодное дело. Только этой Пановой деньги требовались. Дача ей ни к чему. Вот уж странная женщина.

– Почему?

– Алкоголичка. Я сразу поняла, как вошла. Квартира хорошая, но запущенная. И потом, представляете, сидим с ней разговариваем. Вдруг Виктория хватает трубку, набирает номер и буквально орет: ""Думали меня со свету сжить! Не вышло! Лучше вашего живу, не нуждаюсь и на работу сейчас устроилась. Взяли старшим экономистом, зарплата пять тысяч. Вот сейчас начальнику слово дам…"""

"Панова сунула ничего не понимающей Антонине Максимовне телефон и зашептала:

– Скажи, скажи, что ты директриса и берешь меня в отдел.

Растерявшаяся Рогова взяла трубку и промямлила:

– Я, это, начальница. Принимаю Панову.

– Чудесно, милочка, – ответил приятный женский голос, – только имейте в виду, что Вика законченная алкоголичка и доверять ей нельзя.