Горькая правда

Семь лет, семь гребаных лет обмана! Что творится в моей душе – не описать никакими словами. Боль, обида, гнев, ярость, непонимание – всё смешалось в один комок чувств. В огромную колючку, которая тычет тысячами иголок в мою душу. Я лечу в пропасть отчаяния. Вот она - моя горькая правда.

Теперь я знаю только одно: мне нужно срочно найти Юлю…Мою синичку!

Глава 21

Глава 21

Юля

Неделя шла долго, очень долго. Время тянулось невыносимо медленно. Я загрузила себя работой с утра и до позднего вечера, не давая бередящим душу мыслям проникать в мою голову. Работа всегда хорошо меня отвлекала. Ей я пыталась заполнить пустоту. Мне кажется, я стала просто невыносимым начальником для моих помощников: Киры и Кирилла (я не специально подбирала их имена, честное слово!). Я требовала, уточняла, указывала, просила постоянно. Все же я понимала, если бы я находилась там, всем руководить было бы проще. Но у меня была еще неделя согласованной удаленной работы, и я не собиралась возвращаться раньше. Я не готова. Пока еще не готова.

Артур писал почти каждый день, предлагая погулять, я сначала отказывалась, ссылаясь на занятость. Просто не хотелось отказывать хорошему человеку. Но в итоге сдалась, и почти каждый вечер проводила с ним. Он не приставал, не переходил черту дружбы. Как и обещал, наше общение было приятельским. За это я была ему благодарна. Он кидал мне песни, которые я слушала, но не знала порой, что ему ответить. Поэтому онлайн-общение сводилось к минимуму. Мне хватало личных встреч. Да и их было много, даже слишком. Если честно, они мне нужны были только для того, чтобы не думать о Стасе.

- Я завтра уезжаю, моя командировка закончилась, - сообщил мне Артур."

"- Жаль, - ответила я искренне, потому что благодарна ему я за то, что не ушла в депрессию.

Лия писала каждый день и звонила, но с ней мне пока не хотелось общаться. Я не обижалась, но и к разговорам готова не была. Игнорировать, конечно, я не могла ее, поэтому отвечала сухо и односложно. Лия вздыхала и прощалась, не докучая мне. Марат же, на удивление, не спросил меня ни разу, почему я так резко сбежала с работы, звонил только по работе, как и я ему. А Стас… Наверное, Стас просто жил своей жизнью, позабыв обо всем. Ни разу мне не позвонил. Сегодня я с легкой совестью его номер закинула в «чёрный список».

Я не плакала, не закатывала истерик, не била посуду. Просто онемела. Как будто с меня вытряхнули, выпотрошили все эмоции. Осталась пустота. Боль, конечно, тоже была, но она притупилась. Я не давала ей разрастись в моей душе и подавить меня. Я нацепляла маску приветливости и продолжала жить. Пыталась жить, как раньше. Лишь ночами вспоминала Стаса, оправдывала его, затем проклинала. Любила, и тихо ненавидела. Не понимала, но пыталась. Снова плакала, и снова запрещала себе это делать.