Горькая полынь моей памяти

– Ты? Ты… – лепетала Карима.

– Устроила панику, – улыбнулся Равиль. – Мужчина волнуется, не каждый день, знаешь, мы делаем предложения любимым женщинам, – он тепло прижал к себе жену, поцеловал в макушку. – Иди, маленькая, проверь мальчиков. Посиди с ними, убедись, что они крепко уснули.

– Но?

– Иди, – якобы строго шепнул Равиль. – У меня планы, не позволь нашим сыновьям их нарушить, – он ещё раз поцеловал Кариму и подтолкнул в сторону лестницы на второй этаж. – Извини, – бросил он Дамиру, за то, что тот стал невольным свидетелем интимной сцены. Двое детей – достаточное доказательство близости между супругами, тем не менее, внешняя сдержанность редко изменяла Равилю. Свои отношения с женой он не демонстрировал миру, тем более мужчинам, будь это брат, отец, кто угодно.

– Выпьем? – предложил Равиль, заходя в столовую, где всё уже было готово к празднованию. Из кухни доносился аромат горячего, Дамир невольно вспомнил родительский дом. Карима готовила по рецептам мамы и эби, редко привнося что-то своё. – Что случилось?

– Ничего, – Дамир равнодушно пожал плечами. – Не пойму, откуда такая паника?

– Ну, на тебе нет лица, и ты без Лали. А у нас стоит огромный букет роз для твоей невесты. Наводит на мысли, знаешь ли.

– О, пф-ф-ф-ф, – рассмеялся через силу Дамир. – Лали осталась дома, хочет поразить меня в самое сердце. Заказала платье из Милана, привезла чемодан вещей на четыре дня, сегодня переделывала маникюр, потому что тон не подошёл платью, так что я предпочёл смыться, пока не явился парикмахер, - на этих словах Дамир мысленно покрыл себя отборным матом и таким же концентрированным дерьмом. Оставить Лали один на один с каким-то парикмахером… В чужом городе… Но он заставил себя улыбнуться и беззаботно взмахнуть рукой.

– Понимаю, женщины иногда невыносимы, – Равиль облегчённо вздохнул. Было видно, что не поверил ни единому слову друга, но основное оставалось неизменно, и это успокаивало: сегодня Дамир Файзулин сделает предложение Алии Долматовой, сделав её частью семьи. Клана.

Разлив по бокалам виски, друзья молчаливо выпили, думая каждый о своём. В столовую вошла Карима, всё ещё в домашней одежде. При полном макияже, с высокой причёской, но пока в халатике. Девятимесячный Ирек был на грудном вскармливании, в халате молодой мамочке было удобней.

– Так что случилась? – опустилась она на стул рядом с мужем.

– Твой брат собрался делать предложение самой прекрасной женщине в его жизни, как ты думаешь, что случилось? – с улыбкой ответил Равиль за Дамира.

– И что? – Карима нахмурила идеальные брови.

– Он волнуется, маленькая, просто, волнуется.

– О, – Карима перевела взгляд на брата."

"– А ты как думала, – ответил ей Дамир.