Горькая любовь, или Она не ты.

 А то ребёнок срочно понадобился мужу, а мучиться должна она!  Нет уж, Роман Александрович, обойдёшься!

Что делать, если с единственной яйцеклеткой что-то пойдёт не так, Вероника предпочитала не думать. Всё будет хорошо, она уверена! Врачи самые лучшие, оборудование наисовременнейшее – что может произойти-то? Дальше пусть Ромка переживает, а у неё съёмки!

И впереди манит новый поворот судьбы. Обещает сразу много ништяков,  исполнения заветных мечт, конечно,  если она не будет  ворон считать…

Женщина прикрыла глаза, обдумывая туманные пока перспективы.

Михайлову хорошо к шестидесяти, плюс лишний вес и два развода за плечами,  две уже взрослые дочери от первого брака. Сейчас он женат в третий раз, его супруге  тридцать шесть, она, конечно, следит за собой, но составить конкуренцию ей, двадцатипятилетней,  не сможет.

Игорь Алексеевич снимал жену почти во всех последних картинах, видимо, поэтому она до сих пор никого  ему  не родила –  как и Ника, бережёт фигуру.  Для третьей жены, да в  возрасте за тридцать, это непростительное упущение, а для неё, для кандидатки – Вероника даже зажмурилась от сладкого предвкушения – в четвёртые, самые любимые жёны, это дополнительный плюс.

Женщину подвинуть  проще, чем  родных детей, особенно  если они ещё маленькие – тут и отцовские чувства, и осуждение общества. А так – уйдёт, как и вторая – легко, безвозвратно и бесследно!

Вероника перевела дух, наклонила голову, прикидывая, как ей лучше –  распустить локоны или собрать волосы в высокую причёску?

В голове продолжали роиться мысли.

Она лихо замахнулась, но как говорится – кто не рискует, тот не пьёт шампанское!

Игорь –  один из ведущих режиссёров, ногой любые двери открывает,  поэтому ему прощается больше, чем другим. И позволить  себе он может больше, чем другие. Да даже простое покровительство такого человека откроет перед ней широкую дорогу, а если она сумеет  его привязать к себе,   заставит потерять голову, да ещё и постарается родить ему сына…

Последний штрих – по капле духов на запястья, в ложбинку груди и за ушки – и Ника покинула номер.

Ужин удался. Игорь  Алексеевич был в ударе, шутил и напропалую за ней ухаживал – еле-еле отвертелась от совместной ночи!

Нет, Игорёша, не так скоро! Вот отснимем серий двадцать-тридцать пять, чтобы зритель привык к образу героини, тогда можно будет немного ослабить оборону!

Съёмки шли своим чередом: Михайлов гонял всех в хвост и гриву, костюмеры и гримёры сбивались с ног, пытаясь всем угодить,  актёры вяло собачились друг с другом, цепляясь к любой мелочи.   И даже солнце, как специально, не сходившее с неба все дни павильонных съёмок,  немедленно спряталось за тучи, стоило группе выбраться на натуру.