Горячий Май

Ладно, мне пора! — я целую подругу в щёку, добираясь до дома очень быстро.

Перекусив обедом, приготовленным домработницей, беру с собой стакан с соком и поднимаюсь наверх, в небольшую комнатку, где я рисую. Родители поддерживали моё увлечение рисованием, я ходила в художественную школу после основных занятий, но дальше школы их поддержка не распространилась. Родители решили, что экономический — нужнее. А рисование останется только хобби.

Портрет Алёнки почти готов: остаётся только добавить ярких пятен. Я быстро заканчиваю работу. Надеюсь, Алёнке понравится. А потом делаю карандашный набросок Антона и Мая. У меня не получается нарисовать их вместе. Кажется, то один, то второй перетягивают внимание на себя. Поэтому выбрасываю испорченные листы, начиная рисовать их по отдельности.

Пальцы сами набрасывают воздушные петли растрёпанных волос Мая, капризные губы и прозрачные глаза. Это всего лишь набросок, не более того, но мне нравится. Работы предстоит ещё много, но уже сейчас боюсь испортить портрет Мая чересчур яркими красками, нужно использовать немного более мягкие и светлые тона.

Раздаётся лёгкий стук в дверь. Заходит папа. Я поспешно накрываю лист с наброском другим листом.

— Привет, Ника. Отдыхаешь? — здоровается папа, подставляя щёку для поцелуя.

— Закончила портрет подруги, — киваю в сторону готовой работы.

— А это? — от внимательного взгляда отца не скрылся новый лист, поспешно наброшенный мной.

— Пока только наброски, — отмахиваюсь я. — Не уверена, что выйдет хорошо.

— У тебя всё получится, — заявляет папа, — только про учёбу не забывай, хорошо?

— Не забываю, па. Диплом почти защищён.

— Спустишься? Выпьем чаю?

— Хорошо, через минуту буду внизу.

— Только нос вытри, замарашка. Весь в красках испачкала.

Я появляюсь в гостиной через минут десять, пришлось переодеться: забрызгала футболку краской. На столе разложена ароматная выпечка.

— Пахнет вкусно, — говорю я, чувствуя, что проголодалась, и набрасываюсь на еду. Прислушиваюсь краем уха к разговору за столом. Родители обсуждают строительство будущего торгового центра.

Я удивлена: родители хотели выкупить земельный участок и начать строительство, но им оно было не по карману. Раньше обсуждали совместное строительство с семьёй Смирных, но не сошлись мнениями. Сейчас же родители в приподнятом тоне говорят о строительстве как о свершившемся факте.

— Вы нашли новый способ? — осторожно интересуюсь я.

— Нет, нам удалось договориться с прежними партнёрами, — охотно отвечает папа.

— Вы с Гошей до сих пор встречаетесь, да? — спрашивает Мария Львовна.

Замираю, не зная, что ответить, поэтому осторожничаю, поспешно потянувшись за ещё одной булочкой.

— Молчание — знак согласия, — довольно заявляет мачеха.