Горячая помощница для Морозко

Такие горячие… словно мы до сих пор в бане.

Передернула плечами.

- Хватит.

- Сама поцелуешь, перестану, - Лев молчит несколько секунд. - Что, нет?

Лев берется за ткань моей блузки и резко задирает ее вверх. Когда моей оголенной спины касаются мужски ладонь, выгибаю, словно меня коснулось раскаленное железа. Перехватывает дыхание. Моя кожа, словно оголенный провод, а когда Лев касается - искрит.

- Вот беда, Аленушка, попала в логово голодного льва. - Лев поддается вперед. - Один твой поцелуй, и я прекращу.

Упрямо поджала губы.

- Что, нет? А может, тебе нравится, поэтому не хочешь, чтобы я останавливался?

Лпв смотрит прямо мне в глаза и неспешно гладит меня по спине. Вверх, вниз. Вверх… вниз.

Это настоящая пытка!

- Все же нравится. Ты очень чувственная, как оказалось.

Руками вцепилась в стол. Из последних сил делаю попытку встать.

- Я не иду на сделки… со львами, - цежу сквозь зубы.

Большой начальник весело хмыкнул.

- Ты поздно спохватилась, Аленушка. Надо было это говорить, когда впервые оказалась в моем доме. Так что насчет поцелуя? Ты не передумала?

- Конечно нет.

Глава 74

Лев вздохнул.

- Печально. Действительно жаль, что все так случилось. Этого не было в моих планах. Я ведь хочу тебя целовать постоянно, много, везде, рассматривать, трогать, гладить. Делать все это долго-долго. Любить тебя, холить, лелеять. Разве это плохо?

Не знаю, что там плохо или нет. Я сейчас сконцентрирована на другом. Лев, пока говорил, успел расстегнуть мне бюстгальтер. Видимо, чтобы больше ничего не мешало ему мне спину наглаживать. По коже бегут мурашки.

- Застегните обратно.

Лев отрицательно покачал головой. Больше ничего особо не делает, но и не отпускает, крепко сжал в объятиях и в макушку дышит. Но не может же он так бесконечно сидеть.

Выжидаю удобный момент, чтобы вырваться. Смотрю на часы на панели духовки. Десять минут, пятнадцать, двадцать.

Рыжик ушел. Думаю, спать в удобной мягкой постели. Я уже во всю клюю носом. Глаза слипаются. Еще пара часов и надо будет на работу собираться. Хотя какая работа. Чего только полусонный мозг не выдаст.

Дрема захватывает все сильнее, а сам Лев все никак не разожмет свои объятия.

Уже в полусне чувствую прикосновение чужих губ к своей шее. Легкие невесомые касания, от которых бегут щекотные мурашки. Надо бы проснуться и возмутиться, но я все. Устала настолько, что уже нет сил, чтобы вырвать себя из этого полусна. А может, мне и вовсе это все снится.

Поцелуи становятся чаще, дольше. Бессовестный Лев. Упорный. Я уже почти проснулась, могу открыть глаза и начать ругаться, но не делаю этого. Мое решение о том, что надо уходить из этой всей ситуации и положения неизменно, однако… наверное я испорченная, потому что прикосновения Льва мне нравятся, ощущения захватывают.