5. Новые горизонты

А если оказывается, что пожиратель пришел за ними следом… В общем, они не зря бегут от разлома во все стороны, да еще с такой прытью. К тому же здесь, в промежуточном, неупокоенные души гораздо меньше подвержены его зову. Некоторые ему, конечно, поддаются сразу, но чаще, хоть они и слышат его… скажем так, порождаемый пожирателем страх зачастую оказывается сильнее его же собственного зова. Быть может, попав в мир живых, они сохраняют за собой это свойство. А может, с приобретением тела эта способность еще и усиливается. Наконец, я думаю, что не все «маты» сумели сбежать от пожирателя. Скорее всего, те, кто задержался возле разлома, все-таки поддались ему и погибли.

— Возможно, — вынужденно признал я. — Мне тогда было не до того, чтобы разглядывать, кто из дайнов куда бежит и сколько их осталось. Но вот в чем я точно уверен, так это в том, что когда я осознал, кто именно меня зовет, то противиться зову стало немного легче. Правда, в отличие от остальных, я сразу понял, с кем имею дело. А если бы не знал, то, скорее всего, живым бы оттуда не вышел.

— Тебе повезло, что ты смог остановиться. Видимо, с врожденной ментальной защитой у тебя все в порядке.

Угу. Мне и с Эммой крупно повезло. Если бы не она, никакая защита бы меня не спасла.

— А как у тебя дела с даром? — неожиданно поинтересовался Лимо. — Там, у разлома, ты здорово перенапрягся. Обычно в таких условиях дар начинает развиваться быстрее.

— Честно говоря, не знаю. Меня из медпункта сразу в Таэрин отправили, и больше я диагностику не проходил. Но на словах сказали, что дар стабильный. Да и если бы я шагнул на следующую ступень по какой-либо ветке, я бы это сразу почувствовал. Но у меня и сейчас осталась вторая ступень по магии молний, первая — по магии пространства и пока еще нулевая по магии времени и магии сна.

— Странно, — после короткой паузы проговорил маг. — После того, что ты рассказал, я был почти уверен, что ты сделаешь еще один шаг вперед хотя бы по одному направлению. Не возражаешь, если я тебя проверю?

— Я все-таки маг, хоть и мертвый, — усмехнулся он. — А магия, если помнишь, это по большей части свойство разума, а не физического тела, так что некоторые способности я за собой сохранил. Но поскольку мы все-таки находимся в твоем сне, то мне нужно спросить у тебя разрешение.

Я снова ненадолго задумался.

— Хотите сказать, что после смерти маги сохраняют все, чем владели при жизни?

— Только то, что имеет отношение к магии разума и особенно сопряженному искусству.

— Почему именно к нему?

— Потому что в промежуточном нет огня или воды, как физического явления. Нет воздуха, которым ты мог бы ты управлять, земли, на которую можно было бы опереться, и никаких других природных явлений. У человека здесь нет даже тела. А вот сознание есть.