За горизонтом

Когда они прибудут к Фенадскому двору, я с вашего позволения возвращусь к Грабедору…

— Полноте, ваше величество, как заложник я не ценнее, чем несколько гномьих вельмож… Для вас же я, ваше величество, даже буду полезнее, когда смогу вновь давать советы Грабедору и влиять на него в нужном духе… А это возможно только ежели я вернусь к его двору…

— Э-э… Пусть так… А что будет в договоре? Ну хотя бы в общих чертах?

— Да ведь я уже говорил вашему величеству…

Граф с досадой поглядел на облюбованный им кусок пирога, который уже собирался взять — да вот все приходится отвечать на вопросы этого увальня Гратидиана…

— …Обычный договор. Свобода торговли, свобода перемещений, ограничение въездных пошлин… Ежели пожелаете — можно оговорить некоторые пункты в Фенаде, куда гномам будет запрещен въезд… Да все как обычно…

Пробормотав ответ, Слепнег торопливо ухватил приглянувшуюся ему снедь и впился в нее зубами, предупреждая дальнейшие расспросы. Пережитое волнение пробудило зверский аппетит…

Гратидиан, пребывая в глубокой задумчивости, поставил свой кубок на стол, так и не отхлебнув… Провел пальцем по скатерти, выписывая какую-то сложную загогулину… Он все еще размышлял, не до конца веря в правильность своего пути. Каждый шаг теперь мог оказаться роковым. Если все не так, как представляется, если империя выстояла — то он, Гратидиан, теперь предатель. Предал своего сеньора, свою расу… Гангмар с ней, с расой… Но вот его сговор с Грабедором — это прямая измена если не Элевзилю, так новому императору. Кто бы ни победил — Велитиан, Алекиан — если новому владыке удастся сохранить империю, то Гратидиан окажется ренегатом и неверным вассалом… Ведь еще не поздно порвать с Грабедором, ударить его армии в спину, объяснить всю историю мудрым замыслом. Мол, заманил бородачей в ловушку…

За дверью раздался шум шагов, громкий разговор… Мажордом, поклонившись, вышел из залы и, вернувшись через минуту, объявил:

— Ваше величество, гонец от маршала!

Гратидиан кивнул, мажордом посторонился, пропуская молодого рыцаря без шлема и в заляпанном грязью снаряжении. Тот, сделав несколько шагов, с грохотом и звоном опустился на одно колено и выкрикнул ломающимся юношеским баритоном:

— Ваше величество! Я — Марот из Лаграллы. С известием от сэра Ройгорля, маршала.

Гонец опустил голову и тихо забормотал:

— Ваше величество… Наша армия разбита… Ройгорль был тяжко ранен и не ведаю, жив ли ныне… Я слыхал, как отдав мне приказ отправляться, он потребовал священника… Граф Новрен пал, сэр Гойтлит из Рамерля пал…

Юный рыцарь говорил и говорил, перечислял имена вельмож и известных воинов, погибших в бою, но король уже не слушал.