Гори для меня, ведьма

Увлеченные битвой, они еще не поняли, что уже проиграли. Король умирает.

Забаррикадированный в своих покоях, отравленный, беспомощный. Хрипит и захлебывается кровью, агонизируя в полном одиночестве. Не буду врать, что не почувствовала от этой сцены ни капли удовлетворения, но приказ есть приказ. Клятва гонит меня к покоям Маэлиса, игнорируя мои собственные желания, согласно которым я бы уже на всех парах неслась дальше от этого проклятого места.

Худшей кандидатуры на роль всеобщего спасителя и быть не может.

Лестница, коридор, поворот, снова коридор. Лязганье мечей, мужские вскрики, запах крови ласкают рецепторы моего чудовища. Оно щедро делится со мной своим наслаждением, выкручивая мою душу наизнанку. Отвращение перемешивается с эйфорией, страх уступает место азарту, и каждая моя слабость уходит на задний план, даря чувство неуязвимости.

В предрассветных сумерках моя кожа кажется такой бледной, словно светится во тьме. Легкой дымкой по ней струится тьма, словно ее вдруг стало так много, что она перестала помещаться в моем теле.

Я иду по коридору, бесшумно обходя мертвые тела. Стены испачканы кровью, окна по большей части выбиты. Место, что привело бы меня в ужас в любой другой момент, сейчас наполняет меня силой.

Двери в приемную короля сломаны, а внутри все еще кипит схватка. Я замерла, увидев лежащего у входа Ксандра. Он жив, но рука отрублена, и он теряет слишком много крови. Бледное лицо напряжено, на лбу выступили капли пота, глаза закрыты.

“Ты должна всех спасти” — велел мне Эйден. Невозможно! Абсолютно невозможно! Я уже нарушила клятву, так почему мое тело все еще не сгорает в ее огне? Что я должна сделать? Поднять их всех из мертвых?

— Ксандр. — Я опустилась перед ним на колени, не обращая внимания, что подол тут же намок от крови. Коснулась лба. Он ежится от ледяного прикосновения и с трудом распахивает глаза. Смотрит на меня так, словно точно уверен, что умер и попал в загробный мир.

— Ассия? Что ты… — хрипит он словно из последних сил.

Какое-то чувство царапает меня изнутри. Ксандр не должен быть таким — поверженным, слабым. Эйден спас Лестера, так значит все-таки он его претендент на трон, и я просчиталась? А что, если в его планах избавиться от обоих братьев…? От мыслей мне делается тревожно. Я уже готова поверить даже в самую сумасшедшую теорию, лишь бы я наконец-то разгадала, чего хочет младший принц.

— Я помогу. — Успокаивающе шепчу я, и мой спокойный голос на фоне творящегося вокруг безумия кажется неуместным.

Я не целитель, но кое-что понимаю в обработке ран. Обернувшись вокруг остатки его руки теневым жгутом, моя сила пережала вены и артерии, замедляя кровотечение. Недрогнувшей рукой я сняла ремень с соседнего трупа и наложила уже реальный жгут.