Горелый магистр (СИ)

 — Ты заметил у него подкладка на пиджаке белая? Как снег. И пошит он ровненько так. Сразу видно на него вещь делали. С запасом, но небольшим. Ну вот кто будет на подкладку ставить такой маркий материал? Он такой… знаешь Арамчик, как инопланетянин.

— Эх, Вера. — Повар сел напротив девушки. — Он-то как раз у себя дома. Это мы все… пришельцы.

Утро у Сашки началось не только с осторожного словно у мышки стука или скорее скребка в дверь купе от проводника, но и с фантастически вкусного кофе, а буквально через пару минут — воздушного и ещё шкворчащего омлета с ветчиной и зеленью.

А ещё минут через десять пришёл сам повар вагона-ресторана, который принёс две бутылки. Коньяка Двин, и вина Кьянти.

— Это не тебе. — Арам усмехнулся. — Это твоему папе, который воспитал настоящего воина. А это твоей маме, которая родила тебя на свет.

— Так нету ни мамы, ни папы. — Спокойно ответил Александр. — Погибли в бою год назад.

— Ах прости дорогой. — Кавказец положил ладонь на грудь. — Ну тогда выпьешь, когда сочтёшь нужным, и вспомнишь их. Поверь, им твоя память тоже нужна. Мы бессмертны пока нас помнят.

На перроне, среди встречающих казанский поезд, две женщины выделялись словно экзотические птицы в стае воробьёв. Одна — высокая блондинка, красивая статной, зрелой красотой и сверкающая абсолютной уверенностью в себе. Одетая в лёгкую шляпку, с широкими полями, светло-голубое приталенное платье из тончайшего синего шёлка, длинные до локтя белые перчатки и лёгкие туфельки. Она держала в руках крохотную сумочку — клатч, из крокодиловой кожи, а за её спиной словно монумент стоял широкоплечий и шкафообразный мужчина в светло-сером летнем костюме.

Вторая дама, или скорее девочка, рыжеволосая, и стройная, словно тростинка, лет шестнадцати, тоже была одета будто на модный показ в облегающее платье из тонкого розового муслина, открытое на шее и плечах, с кокетливым бантом на спине. Алые перчатки она держала в кулаке, временами нетерпеливо хлопая ими по стройной ножке.

Дамы постоянно посматривали на золотые часики на запястьях, и слегка гарцевали на тонких каблучках своих туфелек, оставляя на асфальте и мужских сердцах аккуратные круглые ранки.

Несмотря на разницу в масти, и стати, дамы были похожи, как бывают похожи два милиционера несмотря на различия в званиях и возрасте, или как походят друг на друга два хирурга.

Дамы посматривали друг на друга, но держались на дистанции. Возможно молодая и подошла бы первой, но высокий ранг блондинки был словно написан на транспаранте над её головой, так что даже вездесущие торговцы казанского вокзала, которым сам чёрт не брат, обходили её по широкой дуге.

Наконец блондинка не выдержала и в несколько шагов подойдя к девочке, вопросительно приподняла брови.