Горечь твоей любви

Напоминала себе о всей той боли, с которой он меня оставил, об отчаянии, чувстве беспомощности… Но стоило прикоснуться, вдохнуть родной аромат, почувствовать вкус… И все. Крышу снесло. И вокруг никого не существует, ничего. Только мы. Плевать на все остальное. Ярослав — моя самая сильная ломка и самый огромный кайф.

Знаю, что буду себя ненавидеть, захочу подохнуть. Но это все будет потом, а сейчас…

Целую в ответ. Наши языки встретились, а потом Яр углубил поцелуй, пробуждая желание еще сильнее. Марин начал посасывать мой язык, и я не сдержалась, застонала. Запустила руки в его волосы, чтобы чувствовать, как можно ближе. Поцелуй был грязным, порочным, возбуждающим. Я задыхалась от всепоглощающей похоти. Все мои чувства, вся я была переполнена Яром. Он снова заменил весь воздух собой. Руки мужчины двигались вверх и вниз по моей спине, бокам. Мужчина застонал, и этот звук отозвался глубоко во мне, свел низ живота сладкой судорогой."

"Абсолютно все мысли выветрились из головы. Мне хотелось только одного — Ярослава. Марин отклонился от меня лишь на миг, чтобы одним рывком сдёрнуть лямки платья вниз, оголяя грудь. Грубо сжал ладонью, но эта боль была приятной, желанной. Ярослав задрал на мне платье и притянул к себе за бедра, я чувствовала его эрекцию. В наших движениях не было никакой нежности, лишь одна потребность.

Я уже была мокрая насквозь, когда мужчина притронулся к лону сквозь ткань трусиков, я едва не кончила. Никто не заводил меня так, как он. Никто и никогда. В следующее мгновения я оказалась в воздухе, а затем уже лежала на спине. Ламинат в прихожей холодил спину, но я все равно была словно в лихорадке. Сейчас для меня ничего не существовало, кроме Ярослава и его прикосновений. Ярослав отодвинул мои трусики в сторону и дотронулся большим пальцем к клитору, я не смогла сдержать стон. Меня начало трясти от желания, от потребности в этом мужчине.

Видела, как он стягивает с себя кофту, а затем расстегивает джины… И я резко вернулась в реальность. Осознание произошедшего повергло меня в шок. Вся эйфория исчезла, словно дым на ветру. Что я творю! Нет, нет, нет, этого не может быть! Я словно со стороны себя увидела. Боже, Новак, где твоя гордость?! Я просто не могла поверить в то, что сделала. Я почувствовала, как меня начинает накрывать истерика.

Марин накрыл меня собой и опять попытался поцеловать.

— Слезь с меня, — голос хриплый, Ярослав даже не подумал выполнять мою просьбу.

— Слезь с меня! — сказала громче и стала спихивать с себя мужчину.

Руками уперлась в его плечи и начала бить кулаками, пыталась избавиться от его веса. Слезы брызнули из глаз. Я не могу, не могу, не могу. Ярослав молча скатился с меня. Слышала его хриплое дыхание сбоку от себя. А я попыталась встать на ноги, но они меня не слушались.