Горечь твоей любви

А когда вошел обратно в комнату, Крис сидела на кровати, подтянув колени к груди, и смотрела на меня красными глазами, в которых читалось отчаяние.

— Тебе вообще все равно, да? — ее голос хриплый от рыданий. — Мы только что потеряли еще одного ребенка, а тебе хоть бы что.

— Это был не ребенок, — жестко отрезал, а про себя подумал, что мы потеряли одного ребенка. И это было два года назад.

— Как ты можешь такое говорить? — в ее глазах снова появились слезы.

— Все, я устал, Крис, и хочу лечь спать.

— Ты еб*нный эгоист, Марин! Ты ни о ком кроме себя не думаешь! Мне плохо, разве ты не видишь? Почему не хочешь утешить? Почему не хочешь разделить боль… Это был и твой ребенок тоже! — кричала женщина, ее начало трясти.

— Все? Легче стало?

— Боже! Какая же ты тварь! Как я раньше этого не видела?

— Ну наконец-то ты увидела меня, бл*ть! А то я уже стал думать, что невидимка, — сам не сдержался и повысил голос.

— Что ты такое говоришь? Я ради нас каждый раз прохожу через ад…

Я не намерен слушать это дерьмо по кругу. Каждый раз одно и то же. Развернулся и вышел из комнаты.

Прошел на кухню и, чиркнув зажигалкой, прикурил сигарету. Крис последовала за мной. Ссоры не избежать.

— Почему ты такой бесчувственный, Слава? Почему? Тебе что, совершенно по барабану все? — вопрошала Крис, активно жестикулируя.

Затянулся сигаретой покрепче и выпустил дым в потолок."

"— Я чувствую, я, сука, все бл*ть чувствую! Все круги ада, в которые каждый раз ты нас отправляешь! Каждый еб*ный раз! Ты помешалась на беременности и нихера вокруг не видишь. Меня не видишь. Тебе лишь бы сперму с меня сцедить и все. Мы не разговариваем, не живем нормально, да даже потрахаться не можем.

— Ты только об этом и переживаешь? О том, что мы не можем потрахаться? А то я не знаю, что ты со своей лярвой с работы мутишь.

— Ты что бл*ть несешь?

— А что, хочешь сказать, что не изменяешь мне?! — заорала Кристина, размазывая слезы по лицу.

— Я тебя слишком уважаю для этого, — ответил и сжал челюсть. — В каких гребаных грехах ты еще меня обвинишь? Я не святой, Крис, но я тебе не изменяю.

— Я тебе не верю!

— Твои проблемы, — пожал плечами.

— Я так больше не могу, Слава, понимаешь? Я хочу ребенка! — жена сползла по стенке и села на пол. — Я не понимаю, почему другие рожают, а я нет. Вонючие алкашки плодят, как кошки. А я все делаю, но у нас не получается. Я не понимаю, не понимаю…

Кристина сидела на полу и раскачивалась из стороны в сторону. У меня сердце сжалось от боли. Она не заслужила всего этого. Затушил окурок и сел на пол рядом с ней. Перетянул жену к себе на колени, обнял, постарался хоть как-то утешить.

— Может, нам усыновить кого-то или подыскать суррогатную мать? — я уже не раз думал об этом, но не говорил.