Горец и леди

– Что ты делаешь? – спросил он, обходя кровать с другой стороны. И залюбовался перламутровым блеском, который придавала ее коже таинственная мазь.

– Мойра приготовила для меня это средство, – ответила Бригитта, окидывая взглядом его могучую фигуру в свете свечи. – Она говорит, что это сохранит мою кожу упругой. Знаешь, какой большой будет живот, ну вот, чтобы ничего не растянулось слишком сильно.

– Можно тебе помочь?

– Помоги.

Йен встал перед ней на колени, и, если бы его лицо не оказалось в тени, Бригитта могла бы заметить на его губах улыбку, полную вожделения. Йен медленно начал втирать мазь. Его поглаживания были такими нежными, что Бригитта удивлялась, как эти загрубевшие в сражениях руки могут быть столь деликатны. Глядя на Йена, погруженного в это занятие, она ласково улыбнулась.

– Просто удивительно, как подумаешь, что здесь скрывается, – прошептал Йен. – Еще пять коротких месяцев – и он появится на свет.

– Или она.

– Да, или она.

Йен потянулся к ее горячим, набухшим от беременности грудям. Бригитта в истоме закрыла глаза. Поглаживания, которые расслабляли ее округлившийся живот, теперь возбуждали ее груди, ставшие еще более чувствительными.

– У тебя соски потемнели, – прошептал он, дотрагиваясь пальцами до твердых шариков. – Они напоминают сейчас те вишни, которые мы ели в Эдинбурге.

Бригитта сдавленно застонала. Желание, которое зародилось в кончиках грудей, теперь распространилось ниже и терзало ее плоть.

Наклонившись, Йен поцеловал сначала одну ее мягкую грудь, потом другую. Немного задержавшись, словно раздумывая, какую же предпочесть, его язык коснулся отвердевшего соска и медленно спустился вниз в ложбинку. Потом вновь стал подниматься к центру второго прелестного холма, ждущего ласк. Тихо застонав, Бригитта схватила Йена за плечи. Ноги призывно раздвинулись, и Йен осторожно уложил Бригитту на постель.

Любовные выдумки его были неистощимы. Он поцеловал нежную ступню Бригитты, потом провел языком вверх до колена, поглаживая рукой кожу, приникнув поцелуем к ее животу, он прошептал:

– Я люблю тебя."

"Внезапно язык его скользнул ниже, раздвигая розовые лепестки ее лона. И, вдруг вернувшись, затеял необыкновенно возбуждающую игру там, где находилась самая чувствительная точка ее тела. Бригитта ахнула, чувствуя, как язык Йена проник внутрь ее и вовсю бесчинствует там. Она таяла как воск свечи в пламени его страсти, волна за волной омывала ее неизведанным еще наслаждением, которое казалось бесконечным.

Лицо мужа возникло над ней как в тумане.

– А наш малыш?.. – прошептал он, едва сдерживаясь.

– Скучает по тебе.

Йен повернул ее на бок. И вошел в ее влажное лоно сзади, чтоб не давить на нее своим весом. Он осторожно и медленно двигался, постепенно увеличивал темп.